Tolstoy’s ThemesТемы Толстого

Knowing oneself is knowing God.

Познание себя есть познание бога.

For those who see their life as lying in spiritual perfecting, there can be no fear of outward events.

Для человека, полагающего свою жизнь в духовном совершенствовании, не может быть страха перед внешними событиями.

We need only turn away from resolving external questions and put to ourselves the one inner question that is truly proper to human beings: how are we best to live our life? — and all the external questions will receive the best resolution.

Стоит человеку отвернуться от разрешения внешних вопросов и поставить себе единый, истинно свойственный человеку внутренний вопрос: как ему лучше прожить свою жизнь? — чтобы все внешние вопросы получили наилучшее разрешение.

As we die alone, so we always live our inner spiritual life alone.

Как умирает человек один, так и живет человек своей внутренней духовной жизнью всегда один.

When a passion takes hold of you, remember that your passionate desire is not your soul, but only a dark film that for a time hides from you its true nature.

Если страсть овладевает тобою, то помни, что твое страстное желание не составляет твоей души, а только темный налет, временно скрывающий от тебя ее истинные свойства.

Of all sins, anger at a brother is the only one directly contrary to the chief good of human life, the good of love, and therefore there is no sin that more surely deprives us of the best good of life.

Из всех грехов только один гнев на брата прямо противен главному благу жизни человеческой — благу любви, и потому нет греха, более верно лишающего человека лучшего блага жизни.

Art is one of the means of uniting people.

Искусство есть одно из средств единения людей.

In no field is there such an abuse of words as in the appraisal of works of art — especially of sham art.

Ни в какой области нет такого злоупотребления словом, как в оценке произведений, — в особенности мнимого, — искусства.

Every work of false art praised by the critics is a door through which the hypocrites of art at once burst in.

Всякое произведение ложного искусства, восхваленное критиками, есть дверь, в которую тотчас же врываются лицемеры искусства.

Art is a human activity that unites people in one and the same feeling. If these feelings are good, the activity of art is beneficial; and vice versa.

Искусство есть человеческая деятельность, соединяющая людей в одном и том же чувстве. Если чувства эти хорошие, то деятельность искусства благотворна; и наоборот.

Art is a human activity consisting in this: one person consciously, by certain outward means, conveys to others the feelings that person experiences, and other people are infected by these feelings and experience them.

Искусство есть деятельность человеческая, состоящая в том, что один человек сознательно, известными внешними приемами передает другим испытываемые им чувства, а другие люди заражаются этими чувствами и переживают их.

Compassion for animals is so natural to us that only by habit, tradition, and suggestion can we be brought to be pitiless toward the suffering and death of animals.

Сострадание к животным так естественно нам, что мы только привычкой, преданием, внушением можем быть доведены до безжалостности к страданию и смерти животных.

Compassion for living creatures calls up in us a feeling like bodily pain. And just as we can grow hardened to bodily pain, so we can grow hardened to the pain of compassion.

Сострадание к живым существам вызывает в нас чувство, подобное телесной боли. И так же, как можно загрубеть к телесной боли, можно загрубеть и к боли сострадания.

If the foundation of life were not one and the same in all of us, nothing could explain the compassion we feel.

Если бы основа жизни всех нас не была бы одна и та же, ничем нельзя бы было объяснить испытываемое нами чувство сострадания.

Conscience is the consciousness of one’s own spiritual principle. And only when it is such a consciousness is it a sure guide for people’s lives.

Совесть есть сознание своего духовного начала. И только тогда, когда она есть такое сознание, она — верный руководитель жизни людей.

The indications of conscience are unerring when they demand of us not the assertion of our animal personality but its sacrifice.

Указания совести безошибочны, когда они требуют от нас не утверждения своей животной личности, а жертвы ею.

Life lived in forgetfulness of death and life lived in the consciousness of drawing nearer to death every hour are two entirely different states.

Жизнь с забвением смерти и жизнь с сознанием ежечасного приближения к смерти — два совершенно различные состояния.

Nothing is more certain than that death awaits each of us, and yet we all live as though it will never come.

Нет ничего более несомненного, чем то, что смерть ожидает каждого из нас, а между тем все мы живем так, как будто ее никогда не будет.

The fear of death is not natural to a rational being. The fear of death in a human being is the consciousness of sin.

Страх смерти несвойственен разумному существу. Страх смерти в человеке есть сознание греха.

When we die, only one of two things can happen: either what I consider myself will pass into another separate being, or I will cease to be a separate being and will merge with God. One or the other — in either case it will be good.

Когда мы умираем, то может быть только одно из двух: или то, что я считаю собою, перейдет в другое отдельное существо, или я перестану быть отдельным существом и сольюсь с богом. То или другое — в обоих случаях будет хорошо.

Life is an unceasing approach to death, and therefore life can be a good only when death does not appear to be an evil.

Жизнь есть неперестающее приближение к смерти, и потому жизнь может быть благом только тогда, когда смерть не представляется злом.

We call death both the very destruction of life and the minutes or hours of dying. The first is beyond our power, while the second, dying, is the last work of life, and one of immense importance.

Смертью мы называем и самое уничтожение жизни и минуты или часы умирания. Первое — вне нашей власти, второе же, умирание, есть последнее и огромной важности дело жизни.

Remembering death teaches us to choose, from the work that lies before us, the kind that is always finished. And this is the work most needed.

Памятование о смерти учит человека выбирать из предстоящих дел такие, которые всегда закончены. А эти дела — самые нужные.

If we are only bodily beings, then death is the end of everything. But if we are spiritual beings, and the body is only a limitation of the spiritual being, then death is only a change.

Если человек есть только телесное существо, то смерть есть конец всего. Если же человек есть существо духовное и тело есть только ограничение духовного существа, то смерть — только изменение.

If life is a good, then death, which is a necessary condition of life, is a good too.

Если жизнь — благо, то благо и смерть, составляющая необходимое условие жизни.

As animals, we cannot help resisting death; as spiritual beings, we know no death and so can neither resist death nor desire it.

Человек, как животное, не может не противиться смерти; как духовное же существо, он не знает смерти и потому не может ни противиться смерти, ни желать ее.

We can look upon life as a dream, and upon death as an awakening.

Можно смотреть на жизнь, как на сон, и на смерть — как на пробуждение.

Our whole bodily life is a series of changes that we do not notice but that are open to observation. But the beginning of these changes, which came about in earliest childhood, and their end — in death — lie beyond human observation.

Вся телесная жизнь человеческая есть ряд незаметных ему, но подлежащих наблюдению изменений. Но начало этих изменений, совершившееся в первом детстве, и конец их — в смерти — недоступны человеческому наблюдению.

The spirit of God lives in us.

В человеке живет дух божий.

Christianity is the teaching about the divine in the human being.

Христианство — это учение о божественном в человеке.

Life is the consciousness of our divine essence, enclosed within limits.

Жизнь есть сознание своей божественной сущности, заключенной в пределах.

Consciousness of God within oneself is possible for every person. The awakening of this consciousness is just what the Gospel calls resurrection.

Сознание в себе бога возможно для каждого человека. Пробуждение этого сознания и есть то, что в Евангелии называется воскресением.

Those who are conscious of their calling are by that very fact conscious of their dignity. And only religious people are conscious of their calling.

Человек, сознающий свое назначение, этим самым и сознает свое достоинство. Сознает же свое назначение только человек религиозный.

At a certain depth of looking into ourselves, we are conscious of something superhuman within us.

На известной степени углубления в себя человек сознает в себе нечто сверхчеловеческое.

The consciousness of the divinity of the soul gives fearlessness in the face of all the calamities of life.

Сознание божественности души дает бесстрашие перед всеми бедствиями жизни.

It cannot be said that the consciousness of the divinity of our soul gives power. This consciousness lifts us into a realm where there is no longer any notion of strength and weakness, and so none of power.

Нельзя сказать, что сознание божественности своей души дает могущество. Сознание это поднимает человека в ту область, в которой нет уже понятия силы и слабости, следовательно — могущества.

The consciousness of duty gives us the consciousness of the divinity of our soul, and, conversely, the consciousness of the divinity of our soul gives us the consciousness of duty.

Сознание долга дает нам сознание божественности нашей души, и, наоборот, сознание божественности нашей души дает нам сознание долга.

The human soul is divine.

Душа человека божественна.

Conscience is the consciousness of the divine principle that lives in us.

Совесть есть сознание божественного начала, живущего в нас.

The human soul is of one nature with the divine.

Душа человеческая однородна с божеством.

The foundation of education is the establishing of a relation to the origin of all things, and of the guidance for conduct that flows from that relation.

Основа воспитания — установление отношения к началу всего и вытекающего из этого отношения руководства поведения.

The foundation of education is religious teaching, that is, the explanation of the meaning and purpose of life.

Основа воспитания — религиозное учение, т. е. объяснение смысла и назначения жизни.

In children lie all the greatest possibilities.

В детях все величайшие возможности.

Childhood is the age subject to suggestion. And so the most important thing in education is the choice of the suggestions that can influence a child.

Детский возраст есть возраст, подлежащий внушению. И потому самое важное в воспитании — это выбор внушений, могущих влиять на ребенка.

Effort is needed to do good, but it is needed still more to refrain from evil.

Усилие нужно для делания добра, но еще нужнее для воздержания от зла.

If you sometimes feel that, for all your desire to conquer passion, passion is overpowering you, do not think that you cannot conquer passion. This proves only that this time you could not do it. A driver does not throw down the reins for failing to stop the horses at once, but keeps on pulling — and the horses stop. So it is with you: if once you failed to restrain yourself, go on struggling, and it is surely you who will win, and not the passions.

Если чувствуешь иногда, что, несмотря на всё желание победить страсть, страсть преодолевает тебя, то не думай, что ты не можешь победить страсть. Это доказывает только то, что на этот раз ты не мог этого сделать. Возница не бросает вожжей оттого, что не сразу остановит коней, но продолжает тянуть — и кони останавливаются. Так и ты: не удержался один раз, продолжай бороться и наверное победишь ты, а не страсти.

Real life lies in becoming better, in overcoming our body by the strength of the spirit, in drawing near to God. This does not happen of itself. For this, effort is needed. And this effort gives joy.

Настоящая жизнь — в том, чтобы становиться лучше, побеждать свое тело силою духа, приближаться к богу. Это не делается само собой. Для этого нужно усилие. И это усилие дает радость.

A good life is given only to those who strive for it without ceasing.

Добрая жизнь дается только тому, кто не переставая старается о ней.

Effort is a necessary condition of moral perfection.

Усилие есть необходимое условие нравственного совершенствования.

The true good is gained not all at once, but by constant efforts, because the true good lies only in ever greater and greater perfecting.

Истинное благо приобретается не сразу, а постоянными усилиями, потому что истинное благо только во всё большем и большем совершенствовании.

Everything good is gained only by effort.

Всё доброе приобретается только усилием.

Moral effort is necessary because the effort of the flesh goes on without ceasing. Only stop working on yourself spiritually, and the flesh will take possession of you.

Усилие нравственное потому необходимо, что усилие плотское не переставая совершается. Только перестань работать над собой духовно, и плоть завладеет тобой.

In the moral life the importance of a deed is measured not by its material significance or its possible consequences, but only by the degree of good effort in it.

Для нравственной жизни важность дела измеряется не вещественным значением дела и его возможными последствиями, а только степенью доброго усилия.

All the people of the world have equal rights to the use of the natural goods of the world, and equal rights to respect.

Все люди мира имеют одинаковые права на пользование естественными благами мира и одинаковые права на уважение.

There can be no good order in a society divided into the rich, who rule, and the poor, who obey.

Не может быть благоустройства в обществе, разделенном на богатых — властвующих — и бедных — повинующихся.

Recognizing the dignity of the human being in oneself and in others is incompatible with one person’s submitting to another, patronizing another, or bestowing benefits on another.

Признание достоинства человека в себе и других несовместимо ни с подчинением, ни с покровительством, ни с благодетельствованием одного человека другому.

The consciousness of the brotherhood and equality of all people is spreading more and more through humanity.

Сознание братства и равенства всех людей всё более и более распространяется в человечестве.

Error is the ordinary state of people. At certain times and in certain strata of society it is especially widespread. So it is in our time, in our Christian society, as indeed it cannot be otherwise among people who either know no higher law of life, or know it but do not fulfill it.

Заблуждение есть обычное состояние людей. В известные времена и в известных слоях общества оно бывает особенно распространено. Таково оно в наше время в нашем христианском обществе, как оно и не может быть иначе среди людей, или не знающих никакого высшего закона жизни, или знающих, но не исполняющих его.

We fall into error not because we cannot think rightly, but because we live badly.

Заблуждаемся мы не оттого, что не можем правильно мыслить, а оттого, что живем дурно.

In the moral world everything is bound together still more closely than in the physical. Every deception draws a chain of deceptions after it, every cruelty a chain of cruelties.

В нравственном мире всё связано еще теснее, чем в плотском. Всякий обман влечет за собой ряд обманов, всякая жестокость — ряд жестокостей.

Evil can be done only by ourselves. What happens apart from our will is all good.

Зло может делать только сам человек. То же, что совершается помимо воли человека, всё благо.

As the feeling of pain is a necessary condition for preserving our body, so sufferings are necessary conditions of our life from birth to death.

Как ощущение боли есть необходимое условие сохранения нашего тела, так и страдания суть необходимые условия нашей жизни от рождения и до смерти.

Gluttony is the most common vice. We notice it so little only because almost everyone is subject to it.

Обжорство — самый обыкновенный порок. Мы мало замечаем его только потому, что почти все ему подвержены.

The less we are used to, the fewer privations threaten us.

Чем к меньшему мы привыкли, тем меньше нам угрожает лишений.

Reason points out to people their departures from the law of life. But these departures are so habitual to people, and seem so pleasant, that people try to stifle reason, so that it will not hinder them from living as they are used to living.

Разум указывает людям их отступления от закона жизни. Но отступления эти так привычны людям и кажутся так приятны, что люди стараются заглушить разум, чтобы он не мешал им жить так, как они привыкли.

Faith is the understanding of the meaning of life and the acknowledgment of the duties that follow from this understanding.

Вера есть понимание смысла жизни и признание вытекающих из этого понимания обязанностей.

Religion is a philosophy that everyone can understand.

Религия — это всем понятная философия.

Humanity moves forward without ceasing. There must be forward movement in faith as well.

Человечество не переставая идет вперед. Движение вперед должно быть и в вере.

The chief change in the life of nations is the change in their beliefs.

Главное изменение жизни народов — это изменение их верований.

True courage in struggle belongs only to those who know that their ally is God.

Истинное мужество в борьбе свойственно только тому, кто знает, что его союзник — бог.

Humanity has never lived, and cannot live, without religion.

Без религии никогда не жило и не может жить человечество.

True religion is one for all people.

Истинная религия одна для всех людей.

Faith is not faith if life does not agree with it.

Вера — не вера, если жизнь не согласна с нею.

In every faith only what is spiritual is true.

Во всякой вере истинно только то, что духовно.

Christianity is true for the very reason that, in answering the most abstract questions, it resolves by that very answer the most practical questions of life as well. It establishes the kingdom of God in the spiritual world of each person and in the social life of people.

Христианство потому и истинно, что оно, отвечая на самые отвлеченные вопросы, этим самым ответом разрешает и самые практические вопросы жизни. Оно устанавливает царство бога в духовном мире каждого человека и в общественной жизни людей.

Faith determines life.

Вера определяет жизнь.

The nearer people are to the truth, the more tolerant they are of the errors of others. And vice versa.

Чем ближе люди к истине, тем они терпимее к чужим заблуждениям. И наоборот.

True faith attracts not so much by promising good to the believer as by being the one refuge of salvation not only from all the troubles of this life but also from the fear of death.

Истинная вера влечет к себе не столько тем, что обещает благо верующему, сколько тем, что представляет единственное прибежище спасения не только от всех бед этой жизни, но и от страха смерти.

Religion tells us what we are and what the world is in which we live. Moral teaching is the pointing out of the activity that flows from the religious understanding of life.

Религия говорит человеку, что он такое и что такое тот мир, среди которого он живет. Нравственное учение есть указание той деятельности, которая вытекает из религиозного понимания жизни.

If there are people and there is God, then there cannot fail to be a relationship between God and people. And the relationship that existed in ancient times is no more important, no more binding, than the one that exists now. The present relationship is more understandable and closer to us, and therefore it is not the present relationship that should be tested by the ancient one, but the other way around.

Если есть люди и есть бог, то не может не быть отношения между богом и людьми. И то отношение, которое было в древние времена, не важнее, не обязательнее того, которое есть теперь. Теперешнее отношение понятнее и ближе нам, и потому не теперешнее отношение должно быть проверяемо древним, а наоборот.

The meaning of life is revealed at once to those who are ready to submit to whatever will be revealed to them, and is hidden from those who have already decided beforehand that they will recognize as true only a meaning of life that will not disturb the life they love and are used to.

Смысл жизни открывается тотчас же тому, кто готов покориться тому, что откроется ему, и скрывается от того, кто вперед уже решил, что он признает истинным только такой смысл жизни, который не нарушит любимой им и привычной ему жизни.

Faith answers those questions to which reason can give no answer, but which reason itself cannot help asking.

Вера отвечает на те вопросы, на которые разум не может дать ответа, но которые он же не может не ставить себе.

Faith is faith only when the deeds of life agree with it and in no case contradict it.

Вера только тогда вера, когда дела жизни согласны с нею и ни в каком случае не противоречат ей.

It is better to know a little of what is truly good and needful than a great deal of what is mediocre and needless.

Лучше знать немного истинно хорошего и нужного, чем очень много посредственного и ненужного.

Knowledge is knowledge only when it has been gained by the efforts of one’s own thought, and not by memory.

Знание только тогда знание, когда оно приобретено усилиями своей мысли, а не памятью.

The enlightened are those who know their calling in life.

Просвещенный человек — тот, который знает свое назначение в жизни.

There is knowledge that we all need. Until we have made this knowledge our own, all other knowledge will do us harm.

Есть знания, необходимые каждому человеку. Пока человек не усвоил этих знаний, все другие знания будут во вред ему.

The chief evil of the science of our time is that, being unable to study everything, and not knowing, without the help of religion, what ought to be studied, it studies only what is needful and pleasant for the people of science themselves, who live wrong lives.

Most needful of all to them is the existing order, which profits them.

And most pleasant, the satisfaction of idle curiosity.

Главное зло науки нашего времени в том, что она, не будучи в состоянии изучать всё и не зная, без помощи религии, что должно изучать, изучает только нужное и приятное для самих людей науки, живущих неправильной жизнью.

Нужнее же всего им — существующий, выгодный для них порядок.

Приятнее же — удовлетворение праздной любознательности.

There are countless sciences, and every science is infinite: we can go further and further into it. And so in every science the very first and chief thing is to know which subjects are the most important, which less important, which less important yet, and which less important yet again. We need to learn this because, since it is impossible to study everything, we must study what is most needed.

Наук бесчисленное множество, и всякая наука бесконечна, можно всё дальше и дальше идти в ней. И потому во всякой науке самое первое и главное — это знать, какие предметы самые важные, какие менее важные, какие еще менее важны и какие еще и еще менее важны. Узнать это нужно для того, что так как всего изучить нельзя, то надо изучить самое нужное.

Whatever people take their calling and their good to be, science will be the teaching about that calling and that good.

В чем бы ни полагали люди свое назначение и благо, наука будет учением об этом назначении и благе.

It is a mistake to think that knowing a great deal is a merit. What matters is not the quantity of knowledge but its quality.

Ошибочно думают, что многознание есть достоинство. Важно не количество, а качество знания.

Knowledge is an instrument, not an aim.

Знание — орудие, а не цель.

Ascribing a special, exceptional significance and importance to writers recognized as great by the majority is a major obstacle to the knowledge of truth. Divine truth can show itself in the babbling of a child, in the chatter of a simpleton, in the ravings of a madman, to say nothing of the conversations and letters of plain people; and very weak and false thoughts are met with in books considered great or sacred.

Приписывание особенного, исключительного значения и важности писателям, признанным большинством великими, составляет большое препятствие для познания истины. Божественная истина может проявиться в лепете ребенка, в болтовне дурачка, в бреду сумасшедшего, не говоря уже о разговорах, письмах простых людей, и очень слабые и ложные мысли встречаются в книгах, считающихся великими или священными.

It is harmful to spread among people the thoughts that our life is a product of material forces and depends on those forces. But when such false thoughts are called sciences and passed off to humanity as holy wisdom, the harm done by such a teaching is terrible.

Вредно распространение между людьми мыслей о том, что наша жизнь есть произведение вещественных сил и находится в зависимости от этих сил. Но когда такие ложные мысли называются науками и выдаются человечеству за святую мудрость, то вред, производимый таким учением, ужасен.

The knowledge that in our time is considered science hinders the good of human life more than it furthers it.

Те знания, которые в наше время считаются наукой, более препятствуют, чем содействуют благу человеческой жизни.

However great people’s knowledge may seem in comparison with their former ignorance, it is always only an infinitely small part of all possible knowledge.

Как бы велико ни казалось знание людей в сравнении с прежним незнанием, оно всегда только бесконечно малая часть всего возможного знания.

More important than any other is the knowledge that guides the activity of life.

Важнее всех других то знание, которое руководит деятельностью жизни.

Wisdom is knowledge of the eternal truths applicable to life.

Мудрость есть знание вечных истин, приложимых к жизни.

What is called science is either the most important of human activities, when its aim is to discover the laws of people’s lives, or the most trivial and stupefying of occupations — the study of everything that can arouse the curiosity of idle people.

То, что называется наукой, представляет или самую важную человеческую деятельность, когда цель ее открыть законы жизни людей, или самое ничтожное и одуряющее занятие — исследование всего того, что может вызвать любопытство праздных людей.

The Christian teaching is so clear that little children understand it in its true sense. Only people who wish to seem Christians and to be called Christians, but not to be Christians in reality, can fail to understand it.

Христианское учение так ясно, что младенцы понимают его в его настоящем смысле. Только люди, желающие казаться и называться христианами, но не быть ими в действительности, могут не понимать его.

There are people who take upon themselves the right to decide for others their relation to God and to the world, and there are people, the vast majority, who give up this right to others and blindly believe what they are told. Both are equally criminal.

Есть люди, которые берут на себя право решать за других их отношение к богу и к миру, и есть люди, огромное большинство, которые отдают это право другим и слепо верят тому, чтó говорят им. Одинаково преступны и те и другие.

The height of audacity is the laying down, by some people, of a religious law that is not open to discussion by others and must be accepted on faith by other people.

What can people need this for?

Высшая степень дерзости — это установление одними людьми такого религиозного закона, который не подлежит обсуждению других и должен быть принят другими людьми на веру.

Для чего это может быть нужно людям?

Owing to the perversion of Christianity, our life has become worse than the life of the pagans.

Благодаря извращению христианства, жизнь наша стала хуже языческой.

The harm that false faith has done and is doing can be neither weighed nor measured.

Faith is the establishment of our relation to God and the world, and the determination of our calling and our activity that follows from this relation. What, then, must our life be if this relation, and the determination of our calling that follows from it, are false?

Нельзя ни взвесить, ни измерить того вреда, который производила и производит ложная вера.

Вера есть установление отношения человека к богу и миру и вытекающее из этого отношения определение своего назначения и своей деятельности. Какова же должна быть жизнь человека, если это отношение и вытекающее из него определение назначения ложны?

Nothing so hinders the spread of truth as obstinately holding on to an ancient tradition hallowed by time.

Ничто не препятствует так сильно распространению истины, как упорство в удержании древнего, освященного временем предания.

From the hour when the first members of the councils said, “It seemed good to us and to the Holy Spirit” — that is, raised an outward authority above the inward one, and declared the result of pitiful human reasonings at councils more important and more holy than the one truly holy thing in us, our reason and conscience — from that hour began the lie, lulling both the bodies and the souls of people, which has destroyed millions of human beings and continues its dreadful work to this day.

С того часа, как первые члены соборов сказали: «изволися нам и святому духу», т. е. вознесли внешний авторитет выше внутреннего, признали результат жалких человеческих рассуждений на соборах важнее и святее того единого истинно святого, что есть в человеке, — его разума и совести, с того часа началась та ложь, убаюкивающая и тела и души людей, которая погубила миллионы человеческих существ и продолжает до сей поры свое ужасное дело.

The church’s perversion of Christianity has put the realization of the kingdom of God further from us; but the truth of Christianity is like the fire in a bonfire which, smothered for a time by damp brushwood heaped upon it, has already dried the damp twigs and is beginning to catch hold of them and break out. The true meaning of Christianity can now be seen by all, and its influence is already stronger than the deception that hides it.

Церковное извращение христианства отдалило от нас осуществление царства божия, но истина христианства — как огонь в костре, заглушенный на время наваленным сырым хворостом, который уже высушил сырые прутья, начинает охватывать их и выбиваться наружу. Истинное значение христианства теперь уже видно всем, и влияние его уже сильнее того обмана, который скрывает его.

To come to know the law to which we are subject and which gives us freedom, we must rise out of bodily life into spiritual life.

Для того, чтобы человеку узнать тот закон, которому он подчинен и который дает ему свободу, ему надо подняться из телесной жизни в духовную.

We are free only when we are in the truth. And truth is revealed by reason.

Свободен человек только тогда, когда он в истине. Истина же открывается разумом.

The more we believe in God, the less we fear people.

Чем больше человек верит в бога, тем меньше он боится людей.

We can be conscious of ourselves as bodily beings and as spiritual beings. So long as we are conscious of ourselves as bodily, we cannot be free. But for a spiritual being there cannot even be a question of any lack of freedom.

Человек может сознавать себя телесным и духовным существом. Сознавая себя телесным, человек не может быть свободен. Для духовного же существа не может быть даже вопроса о какой-нибудь несвободе.

For us, as animal beings, there can be no question of freedom. Our whole life is conditioned by a series of causes. But if we are conscious of ourselves as spiritual beings, there can be no question for us of a lack of freedom. The notion of a lack of freedom does not apply to the manifestation of reason, of consciousness, of love.

Для человека, как животного существа, не может быть речи о свободе. Вся его жизнь обусловлена рядом причин. Но если человек сознает себя духовным существом, то для него не может быть речи о несвободе. Понятие несвободы неприменимо к проявлению разума, сознания, любви.

Only those can be free who place the essence of their life not in the bodily but in the spiritual life.

Свободным может быть только тот, кто сущность жизни своей полагает не в телесной, а в духовной жизни.

We are unfree only so far as we place our life in our animal being.

Человек бывает несвободен только настолько, насколько он жизнь свою полагает в своем животном.

Only reason sets us free — the less reasonable our life, the less free it is.

Освобождает человека только разум, — чем неразумнее жизнь человека, тем она несвободнее.

The easiest and smallest manifestation of our freedom consists in choosing among several indifferent actions: to go right or left, or to stay where we are. A harder and higher manifestation is the choice between following the pull of a feeling and refraining from it. The most important and needful manifestation of freedom is to give our thought this direction or that.

Самое легкое и мелкое проявление свободы человека состоит в выборе из нескольких безразличных поступков: пойти направо или налево или оставаться на месте. Более трудное и высокое проявление есть выбор между следованием влечению чувства или воздержанием от него. Самое важное и нужное проявление свободы — это дать своей мысли то или другое направление.

The fundamental meaning of Christ’s teaching lies in establishing the direct communion of the human being — a son of God — with God the Father.

Основной смысл учения Христа — в устанавливании непосредственного общения человека — сына божия — с отцом богом.

All that has been said about God, and all that can be said about him — all this fails to satisfy. What man can understand in God and cannot express — that is what every man needs, and that alone gives him life.

Всё, что было сказано о боге, и всё, что можно сказать о нем, всё это не удовлетворяет. То, что в боге может понять человек и чего не может выразить, — это-то нужно всякому человеку и это только дает жизнь ему.

Only those who fulfill the law of God come to know God himself. And the more closely they fulfill the law of God, the more clearly and the better they come to know God.

Только тот, кто исполняет закон бога, познает и самого бога. И чем кто ближе исполняет закон бога, тем яснее и лучше он познает бога.

The consciousness of God is simple and within reach of everyone. Knowledge of him is beyond the reach of any human being.

Сознание бога просто и доступно всякому. Познание его недоступно никакому человеку.

To deny God is to deny oneself as a spiritual, rational being.

Отрицать бога — значит отрицать себя как духовное, разумное существо.

God is incomprehensible to the human mind. We know only that he is, and whether we want to or not, we know this beyond doubt.

Бог непостижим для человеческого ума. Мы знаем только то, что он есть, и хотим или не хотим этого, знаем это несомненно.

Doubts do not destroy faith, but strengthen it.

Сомнения не разрушают, но укрепляют веру.

We need not name God, we may avoid the word, but we cannot fail to acknowledge his existence. Nothing exists if he does not.

Можно не называть бога, избегать этого слова, но не признавать его существования нельзя. Ничего нет, если его нет.

The consciousness of our life is to God what our senses are to the world, to things. Without senses we would know nothing of the world, of things; without the consciousness of our life in us, we would know nothing of God.

Сознание нашей жизни по отношению к богу есть то же, что наши чувства по отношению к миру, к вещам. Не было бы чувств, мы ничего не знали бы о мире, о вещах; не было бы в нас сознания нашей жизни — мы ничего бы не знали о боге.

Those who hope to find the good outside themselves, whether in this life or in the life to come, are mistaken.

Ошибается человек, надеющийся найти благо вне себя, как в этой жизни, так и в будущей.

True good is always in our hands. Like the shadow behind an object, it follows a good life.

Истинное благо всегда в наших руках. Оно, как тень за предметом, следует за доброй жизнью.

What further reward could there be for a good deed? The reward has already been received in the joy we felt in doing the good deed. Any reward lessens this joy.

Какая еще награда за доброе дело? Награда уже получена в той радости, которую испытал человек, делая доброе дело. Всякая награда уменьшает эту радость.

To repay evil with good is more natural, and easier, and more reasonable than to repay evil with evil.

Платить добром за зло и естественнее, и легче, и разумнее чем платить злом за зло.

To come to believe in the good, we must begin to do it.

Чтобы поверить в добро, надо начать делать его.

Good can be measured neither by the need of the one who receives nor by the sacrifice of the one who gives, but only by the communion in God that is established between the giver and the receiver.

Добро нельзя измерять ни нуждой получающего, ни жертвою дающего, а только тем общением в боге, которое устанавливается между дающим и получающим.

Perfect joy, in the words of Francis of Assisi, consists in bearing an undeserved reproach, enduring bodily suffering because of it, and feeling no hostility toward the cause of the reproach and of the suffering: joy in the consciousness of a true faith and love, such as neither the evil of people nor one’s own sufferings can disturb.

Радость совершенная, по словам Франциска Ассизского, в том, чтобы перенесть незаслуженный укор, потерпеть от него телесное страдание и не испытать враждебности к причине укора и страдания, радость в сознании настоящей веры и любви, такой, какую не может нарушить ни зло людей, ни свои страдания.

If a good life calls forth not love but persecution among people living an evil life, this not only does not shake our certainty that such a life is right, but, on the contrary, confirms it by the surest of signs.

Если добрая жизнь людей вызывает не любовь, а гонение среди людей, живущих злою жизнью, то это не только не колеблет уверенности в правильности такой жизни, но, напротив, самым несомненным признаком подтверждает ее.

Without humility, perfecting oneself is impossible. “Why should I perfect myself, when I am good as I am?”

Без смирения невозможно совершенствование. «Зачем мне совершенствоваться, когда я и так хорош?»

The higher we rise in our own opinion, the less secure our position; the lower we come down, the firmer our position.

Чем выше в своем собственном мнении подымается человек, тем положение его ненадежнее; чем ниже он спускается, тем тверже его положение.

The more we have merged our will with the will of God, the firmer we are in our actions.

Чем больше слил человек свою волю с волей бога, тем тверже человек в своих поступках.

There is nothing more attractive than humility joined with kindness. But it has to be sought: it does not put itself on display.

Нет ничего привлекательнее смирения с добротой. Но надо искать его: оно не выставляется.

Humility gives joys that are beyond the reach of the self-satisfied and the proud.

Смирение дает радости, недоступные самодовольному и гордому.

Those who think themselves masters of their own lives are never humble, for they think they owe nothing to anyone. But those who see their calling in serving God cannot help being humble, since they always feel they have not yet fulfilled their duties.

Человек, считающий себя хозяином своей жизни, не бывает смиренен, потому что думает, что он ничем ни перед кем не обязан. Человек же, полагающий свое назначение в служении богу, не может не быть смиренен, так как постоянно чувствует себя не исполнившим своих обязанностей.

Self-love is pride beginning. Pride is self-love left unchecked and in full bloom.

Себялюбие есть начинающаяся гордость. Гордость — это незадержанное распустившееся себялюбие.

The humble, in renouncing themselves, are united with God.

Смиренный человек, отрешаясь от себя, соединяется с богом.

We can fulfill our calling in sickness just as well as in health.

Человек может одинаково исполнять свое назначение в болезненном, как и в здоровом состоянии.

Illnesses are a natural phenomenon, and we must know how to regard them as a natural condition of life, one proper to human beings.

Болезни — естественное явление, и надо уметь относиться к ним, как к естественному, свойственному людям условию жизни.

Death and birth are two limits. Beyond these limits there is one and the same something.

Смерть и рождение — два предела. За этими пределами одинаковое что-то.

Love of the good and faith in immortality are inseparable.

Любовь к добру и вера в бессмертие — нераздельны.

There is something in our soul that is not subject to death. We may be conscious of this something, and we may not be conscious of it.

В душе нашей есть нечто такое, что не подлежит смерти. Мы можем сознавать это нечто и можем не сознавать его.

In believing in eternal life, people believe only that the principle of life is spiritual and therefore timeless.

Веруя в вечную жизнь, люди веруют только в то, что начало жизни духовно и потому невременно.

Belief in immortality is natural to human beings.

Человеку свойственна вера в бессмертие.

Life is not destroyed by death, only changed.

Жизнь не уничтожается, но только видоизменяется смертью.

Kindness in our relations with people is obligatory. If you are not kind to someone, you are not fulfilling your chief obligation.

Доброта в отношениях с людьми обязательна. Если ты не добр к человеку, то ты не исполняешь главной своей обязанности.

Kindness is to the soul what health is to the body: it goes unnoticed while you possess it.

Доброта для души — то же, что здоровье для тела: она незаметна, когда владеешь ею.

True kindness is not only a virtue and a joy, but also an instrument of struggle, far more powerful than violence.

Истинная доброта — не только добродетель и радость, но и орудие борьбы, гораздо более могущественное, чем насилие.

What a necessary seasoning to everything kindness is! The very best qualities are worth nothing without kindness, and the very worst vices are easily forgiven with it.

Какая необходимая приправа ко всему — доброта! Самые лучшие качества без доброты ничего не стоят, и самые худшие пороки с нею легко прощаются.

Kindness conquers all, and is itself unconquerable.

Доброта побеждает всё, а сама непобедима.

In order to walk, you must know where you are going. The same is needed in order to live reasonably and well. You must know where life leads, both my own life and the life of all people.

Для того, чтобы идти, надо знать, куда идешь. То же нужно и для того, чтобы разумно и хорошо жить. Надо знать, куда ведет жизнь и моя и всех людей.

The ever greater freeing of the divine principle in people, which is now taking place, leads inevitably to a change in the existing order and to the establishing of another.

Совершающееся всё большее и большее освобождение божественного начала в людях ведет неизбежно к изменению существующего порядка и устройству иного.

The kingdom of God is the realization among people of God’s law, in the measure in which it has been revealed to them.

Царство божие есть осуществление среди людей закона бога в той мере, в которой он открыт им.

Humanity advances imperceptibly but without ceasing toward the realization of the kingdom of God, which is attained through loving union.

Человечество незаметно, но не переставая подвигается к осуществлению царства божия, достигаемого любовным единением.

Humanity is ceaselessly perfecting itself, and it perfects itself not of its own accord but through the efforts that people make for their own personal perfection. The kingdom of God is established by effort.

Человечество не переставая совершенствуется, и совершенствуется не само собой, а теми усилиями, которые делают люди для своего личного совершенствования. Царство божие устанавливается усилиями.

It is a sin not to work just because you can live without working.

Грех не работать потому, что ты можешь жить не работая.

Labor, the exercise of our powers, is a necessary condition of life. We can make others do what we need, but we cannot free ourselves from the bodily need for work. If we do not do work that is needed and reasonable, we will do work that is needless and foolish.

Труд, упражнение своих сил есть необходимое условие жизни. Человек может заставить других делать то, что ему нужно, но не может освободить себя от телесной потребности работы. Если он не будет работать нужное и разумное, он будет работать ненужное и глупое.

People are forever helping people, says the proverb. Without such help people cannot live. This help ought to be mutual, but our life has taken such a shape that some people help, while others only make use of this help.

Люди век людям помогают, говорит пословица. Без такой помощи не могут жить люди. Помощь эта должна бы быть взаимная, но жизнь наша так сложилась, что одни люди помогают, а другие только пользуются этой помощью.

We can avoid fulfilling the law of labor only by sin: either by committing violence or taking part in it, or by flattery and servility before violence.

Избежать исполнения закона труда можно только грехом: или совершением насилия, участием в нем, или лестью и угодничеством перед насилием.

A sure condition of happiness is labor: first, labor that is loved and free; second, bodily labor, which gives appetite and sound, restful sleep.

Несомненное условие счастия есть труд: во-первых, любимый и свободный труд; во-вторых, труд телесный, дающий аппетит и крепкий, успокаивающий сон.

It is better to do nothing than to do what is harmful.

Лучше ничего не делать, чем делать вредное.

Labor is a necessary condition of bodily life. If Robinson Crusoe had not worked, he would have frozen and died of hunger. Everyone sees this. But not everyone sees that labor is a necessary condition of spiritual life, though this is as certain as the necessity of labor for the body.

Труд есть необходимое условие телесной жизни. Если бы Робинзон не работал, он бы замерз и умер с голода. Это видит всякий. Но то, что труд есть необходимое условие духовной жизни, не все видят, хотя это так же несомненно, как необходимость труда для тела.

Labor is not a virtue, but an inescapable condition of a virtuous life.

Труд не есть добродетель, но неизбежное условие добродетельной жизни.

Of all kinds of labor, the most joyful is labor on the land.

Из всех родов труда самый радостный — это труд земледельческий.

Land cannot be an object of ownership.

Земля не может быть предметом собственности.

The land, like the air and the sun, is the possession of all and cannot be an object of ownership.

Земля, как воздух и солнце — достояние всех и не может быть предметом собственности.

Land can no more be an object of purchase and sale than the human person can. The sale and purchase of land is only a hidden sale of the person.

Земля так же мало может быть предметом купли и продажи, как и личность человека. Продажа и покупка земли есть только скрытая продажа личности.

Owning land as property is as unjust as, and even more unjust than, slavery, that is, owning a human being as property.

Владение землей, как собственностью, так же, даже более несправедливо, чем рабство, т. е. владение человеком, как собственностью.

The land is the common and equal heritage of all people, and so it cannot be the property of individuals.

Земля есть общее и равное достояние всех людей и потому не может быть предметом собственности отдельных лиц.

Human life is good only to the extent that it is the fulfillment of the law of life, the law of God.

Жизнь человеческая хороша только в той мере, в какой она есть исполнение закона жизни, закона бога.

Our consciousness of our own law is a manifestation of the God who lives in us.

Сознание человеком своего закона есть проявление того бога, который живет в нем.

The moral law is expressed equally clearly both by true wisdom and by true faith.

Закон нравственный одинаково ясно выражен и истинной мудростью и истинной верой.

There is only one unalterable law — the law of God, common to all people; human law can be law only so long as it does not disagree with the law of God.

Есть только один непреложный закон — закон божий, общий всем людям; закон же человеческий может быть законом только до тех пор, пока он не несогласен с законом бога.

How easy, it would seem, to fulfill the law of God expressed in the Christian teaching, and how far we still are from fulfilling it!

Как легко, казалось бы, исполнение закона бога, выраженного в христианском учении, и как всё еще далеки мы от этого исполнения!

The chief obstacle to the knowledge of truth is not falsehood, but the semblance of truth.

Главное препятствие познания истины есть не ложь, а подобие истины.

Truth is not in itself a virtue, but it is a necessary condition of all that is good.

Правда сама по себе не есть добродетель, но она необходимое условие всего доброго.

Life should and can be an unceasing joy.

Жизнь должна и может быть неперестающей радостью.

Despondency is a state of soul in which we see no meaning either in our own life or in the whole life of the world.

Уныние есть такое состояние души, при котором человек не видит смысла ни в своей, ни во всей жизни мира.

The joy of life is natural to animals, children, and saints: to animals because they have no reason, which, if misdirected, would deprive them of this joy; to children because their reason has not yet had time to become perverted; to saints because life gives them the very thing they desire — the possibility of perfecting themselves, of drawing nearer to God.

Радость жизни свойственна животным, детям и святым: животным потому, что у них нет разума, который, будучи ложно направлен, лишил бы их этой радости; детям потому, что разум их еще не успел извратиться; святым потому, что жизнь дает им то самое, чего они желают; возможность совершенствования, приближения к богу.

To define the meaning of life is either a very hard and insoluble task — such it is when we ask God why he sent us into this world — or a very simple one, when we ask ourselves what we should do.

Определение смысла жизни или очень трудная и неразрешимая задача, — такова она, когда человек спрашивает бога: зачем он его послал в этот мир? или очень простая, когда человек спрашивает себя: что ему делать?

Within ourselves we can love only the one who is one in all. And to love the one who is one in all is to love God.

Любить в себе можно только того, кто один во всех. Любить же того, кто один во всех, значит любить бога.

Love for people gives a true, inalienable inward good, uniting us with other people and with God.

Любовь к людям дает истинное, неотъемлемое внутреннее благо, соединяя человека с другими людьми и с богом.

Love for God is love for itself — love for love. This love is the highest good. Such love does not admit the possibility of not loving any being whatsoever. As soon as you do not love even one person, you have already lost love for God and the good of that love.

Любовь к богу есть любовь сама к себе — любовь к любви. Любовь эта есть высшее благо. Такая любовь не допускает возможности нелюбви к какому бы то ни было существу. Как только не любишь хоть одного человека, теряешь уже любовь к богу и благо этой любви.

Only those who love unpleasant, hostile people know true love. The test of true love is love for enemies.

Только тот знает истинную любовь, кто любит людей неприятных, враждебных. Поверка истинной любви — любовь к врагам.

God is not love. Love is only one of the manifestations of God in people.

Бог не есть любовь. Любовь есть только одно из проявлений бога в человеке.

To love God means to love the highest good that we can possibly imagine.

Любить бога — значит любить то высшее добро, какое мы только можем себе представить.

All people know the feeling that resolves all the contradictions of human life and gives them the greatest good. That feeling is love.

Чувство, разрешающее все противоречия жизни человеческой и дающее наибольшее благо человеку, знают все люди. Чувство это — любовь.

Justice is achieved not by striving for justice, but by love.

Справедливость осуществляется не стремлением к справедливости, а любовью.

Love not only gives spiritual inner joy to the one who experiences it, but is itself also the chief condition of a joyful life in the world.

Любовь дает не только духовную внутреннюю радость тому, кто испытывает ее, но она же и главное условие радостной мирской жизни.

Not for nothing is it said that the whole law lies in loving God and our neighbor. Love of our neighbor is a particular case. A neighbor may be there or may not; God always is. And so, alone in a desert or in prison, we can fulfill the law by loving God and all his manifestations within our reach, if only in memories, in imaginings, in thoughts.

Не случайно сказано, что весь закон в том, чтобы любить бога и ближнего. Любовь к ближнему есть частный случай. Ближний может быть и не быть, бог всегда есть. И потому человек один в пустыне, в тюрьме может исполнять закон, любя бога и все доступные ему проявления его хотя бы в воспоминаниях, в представлениях, мыслях.

As food is a necessary condition of the life of the individual, so marriage is a necessary condition of the life of humanity; and as the abuse of food gives rise to evil for the individual, so the abuses of marriage give rise to the greatest harm both for the individual and for humanity.

Как пища есть необходимое условие жизни отдельного человека, так брак есть необходимое условие жизни человечества; и как злоупотребление пищей порождает зло для отдельного человека, так и злоупотребления брака порождают величайший вред для отдельного человека и для человечества.

The family bond is firm and brings good to people only when it is not only a family bond but a religious one as well, when all the members of the family believe in the same God and in his law.

Without this the family is a source not of joy but of suffering.

Семейная связь только тогда тверда и дает благо людям, когда она не только семейная, но и религиозная, когда все члены семьи верят одному богу и закону его.

Без этого семья — источник не радости, но страдания.

True mercy is only the mercy of the strong, who give their labors and efforts to the weak.

Истинное милосердие — только милосердие сильного, отдающего свои труды и усилия слабому.

Mercy lies not so much in material help as in spiritual support of our neighbor. And spiritual support lies above all in not judging our neighbor and in respecting our neighbor’s human dignity.

Милосердие состоит не столько в вещественной помощи, сколько в духовной поддержке ближнего. Духовная же поддержка прежде всего в неосуждении ближнего и уважении к его человеческому достоинству.

Mercy, to be true, must be wholly independent of people’s approval and of the supposed reward in the life beyond the grave.

Милосердие, чтобы быть истинным, должно быть совершенно независимо от одобрения людей и предполагаемой награды в загробной жизни.

One of the crudest superstitions is the superstition of most of the so-called learned of our time that people can live without faith.

Одно из самых грубых суеверий есть суеверие большинства так называемых ученых нашего времени о том, что человек может жить без веры.

In our world true faith has for the most part been replaced by public opinion: people believe not in God but in what people teach.

В нашем мире истинная вера большей частью заменена общественным мнением: люди верят не в бога, а в то, чему учат люди.

The chief cause of the bad ordering of life is false faith.

Главная причина дурного устройства жизни — ложная вера.

In fulfilling our inner calling, in living for the soul, we serve the improvement of the life of society without meaning to, and in the most effective way.

Исполняя свое внутреннее назначение, живя для души, человек невольно и самым действительным образом служит улучшению общественной жизни.

The existing ordering of life accords neither with the demands of conscience nor with the demands of good sense.

Существующее устройство жизни не соответствует ни требованиям совести, ни требованиям рассудка.

Salvation from the bad order of the world lies in one thing only — in the spread of true faith among people.

Спасение от дурного устройства мира только в одном — в распространении среди людей истинной веры.

The coming change in the order of life of the people of our Christian world lies in replacing violence with love, in recognizing the possibility, the ease, the blessedness of a life founded not on violence and the fear of it, but on love.

Предстоящее изменение устройства жизни людей нашего христианского мира состоит в замене насилия любовью, в признании возможности, легкости, блаженства жизни, основанной не на насилии и страхе его, а на любви.

The existing order of Christian societies is contrary to the Christian law in its true meaning.

Существующее устройство христианских обществ противно христианскому закону в его истинном значении.

We must not cite the existing order in justification of our actions. The existing order is not something constant; it is subject to constant change, to transition from worse to better. And this transition can come about only through our disagreement with the existing arrangement.

Нельзя приводить существующий порядок в оправдание своих поступков. Существующий порядок не есть что-либо постоянное; он подлежит постоянному изменению, переходу от худшего к лучшему. И переход этот может совершиться только благодаря нашему несогласию с существующим устройством.

Only an increase of love among people can change the existing order of society.

Только увеличение любви между людьми может изменить существующее общественное устройство.

Nothing so hinders the improvement of the social order as the supposition that such improvement can be achieved by changing outward forms. This false supposition directs people’s activity toward what cannot further the improvement of their lives, and draws it away from what can.

Ничто не препятствует столько улучшению общественного устройства, как предположение о том, что такое улучшение может быть достигнуто изменением внешних форм. Ложное предположение это направляет деятельность людей на то, что не может содействовать, и отвлекает от того, что может содействовать улучшению жизни людей.

The organization of the state — whatever it may be — is so contrary to the most fundamental tenets of Christianity that it is enough to say that people live the life of the state to have said that people live a life wholly contrary to the teaching of Christ.

Государственное устройство — какое бы то ни было — до такой степени противно самым основным положениям христианства, что достаточно сказать, что люди живут государственной жизнью, чтобы этим сказать, что люди живут жизнью, вполне противной учению Христа.

The less we are content within ourselves and occupied with bettering our inner life, the more we display ourselves in outward public life.

Чем меньше человек доволен собою и занят улучшением своей внутренней жизни, тем больше он проявляет себя во внешней общественной жизни.

The more reason grows strong in us and the passions subside, the more the spiritual life of love for God and for our neighbor is set free in us. We are happy when we consciously help this along.

Чем больше укрепляется в человеке разум и затихают страсти, тем больше освобождается в нем духовная жизнь любви к богу и ближнему. Счастлив человек, когда он сознательно помогает этому.

Where humanity will arrive is not given to people to know. The highest wisdom lies in knowing where you are to go. And this you do know: toward the highest perfection.

Куда придет человечество, это не дано знать людям. Высшая мудрость состоит в том, чтобы знать, куда тебе идти. А это ты знаешь: идти к высшему совершенству.

Perfecting ourselves is both inner work and outer. We cannot perfect ourselves without contact with other people, without their influence on us and ours on them.

Самосовершенствование есть и внутренняя работа и внешняя. Человек не может совершенствоваться без общения с людьми и без воздействия их на него и своего на них.

People occupy themselves with the most varied affairs, which they consider very important, but almost never with the one task that alone is meant for them and includes all the rest — the improving of their souls, the freeing of the divine principle of the soul. That it is this very task that human beings are meant for can be seen from the fact that it is the only aim in reaching which they meet no obstacles.

Люди занимаются самыми различными, почитаемыми ими очень важными делами, но почти никогда не занимаются тем единственным делом, которое одно предназначено им и включает все остальные — улучшением своей души, освобождением божественного начала души. То, что именно это дело предназначено человеку, видно из того, что это единственная цель, для достижения которой человеку нет препятствий.

Perfection is so far from us that, however different our lives may be, our distance from perfection is the same for all of us.

Совершенство так далеко от нас, что, как ни различны наши жизни, расстояние наше от совершенства одинаково для всех нас.

Only the moral perfecting of people can improve the order of social life.

Улучшить устройство общественной жизни может только нравственное совершенствование людей.

People know what the good life of all humanity consists in and how it can be attained; and if they know this, then sooner or later they will attain such a life.

Люди знают, в чем добрая жизнь всего человечества и как она может быть достигнута; а если они знают это, то рано или поздно достигнут такой жизни.

Every departure from accepted customs requires great effort. And yet the first step toward perfection is always bound up with such a departure.

Большого усилия требует всякое отступление от принятых обычаев. А между тем первый шаг к совершенствованию всегда связан с таким отступлением.

Moral perfection is unattainable, but drawing nearer to it is the law of human life.

Совершенство нравственное недостижимо, но приближение к нему есть закон жизни человеческой.

Perfecting oneself is natural to us if only because, if we are truthful, we can never be satisfied with ourselves.

Самосовершенствование уже потому свойственно человеку, что он никогда, если он правдив, не может быть доволен собою.

Everything that takes place in the life of the individual and of human societies had its beginning in thought. And so the explanation of all that happens to people lies not in the events that went before, but in the thoughts that went before the events.

Всё, что совершается в жизни отдельного человека и человеческих обществ, имело свое начало в мысли. И потому объяснение всего того, что случается с людьми — не в предшествующих событиях, а в предшествовавших событиям мыслях.

Every thought expressed in words is a force whose effect is boundless.

Всякая мысль, выраженная словами, есть сила, действие которой беспредельно.

Most of the evil that people do is done not out of evil will, but out of a widespread false thought, taken on faith.

Большая часть зла, совершаемая людьми, совершается не по злой воле, а по распространенной ложной, принятой на веру мысли.

Thought is the making clear of truth, and so bad thoughts are only thoughts not thought through.

Мысль есть уяснение истины, и потому дурные мысли это только недодуманные мысли.

To pray is to acknowledge and recall the laws of the eternal and infinite being, God, and to measure our past and future actions against them. It is useful to do this as often as possible.

Молиться — значит признавать и вспоминать законы вечного и бесконечного существа бога и примерять к ним свои прошедшие и будущие поступки. Полезно делать это как можно чаще.

Prayer is reminding ourselves of our relation to the infinite, to God.

Молитва — это напоминание себе своего отношения к бесконечному, к богу.

Fruitful prayer is to restore in your consciousness that highest understanding of the meaning of your life which you reached in your very best moments.

Плодотворная молитва есть восстановление в своем сознании того высшего понимания смысла своей жизни, до которого ты достиг в самые лучшие минуты.

The more solitary we are, the more clearly we hear the voice of God, which is always calling us.

Чем уединеннее человек, тем слышнее ему всегда зовущий его голос бога.

At the highest point of our consciousness we are alone. This solitude is strange and unfamiliar, and it seems hard to bear. Those who lack reason escape the weight of being conscious of this solitude in diversions, and at once come down from this highest point to the lowest; those who have reason keep themselves at this height by prayer.

На высшей точке своего сознания человек одинок. Одиночество это бывает странно, непривычно и кажется тяжело. Неразумные люди спасаются от тяжести сознания этого одиночества рассеяниями и тотчас же спускаются с этой высшей точки на низшую; разумные люди удерживают себя на этой высоте молитвою.

A man’s deeds are his life. And his deeds become his fate, good or bad. In this lies the law of our life, and therefore the most important thing in the world for a man is what he is doing now.

Дела человека — его жизнь. И дела его становятся его судьбой, хорошей или дурной. В этом закон нашей жизни, и потому для человека важнее всего в мире то, что он сейчас делает.

The consequences of our acts can never be within our grasp, because in an infinite world the consequences of our acts appear to us infinite.

Последствия наших поступков никогда не могут быть доступны нам, потому что последствия наших поступков в бесконечном мире представляются нам бесконечными.

Love is a manifestation of the divine essence, for which there is no time, and therefore love manifests itself only in the present, now, at every moment of the present.

Любовь — это проявление божественной сущности, для которой нет времени, и потому любовь проявляется только в настоящем, сейчас, во всякую минуту настоящего.

It is said that we are not free, because everything we do has its own cause, preceding it in time. But we always act only in the present, and the present is outside time: it is only the point where two times touch, the past and the future; and therefore, in the moment of the present, we are always free.

Говорят: человек не свободен, потому что всё, что он делает, имеет свою, предшествующую во времени причину. Но человек действует всегда только в настоящем, а настоящее вне времени, оно только точка соприкосновения двух времен: прошедшего и будущего, и потому в момент настоящего человек всегда свободен.

The past is no more, the future has not come; there is only the present. In it alone is the divine, free essence of the human soul manifested.

Прошедшего уже нет, будущее не наступило, есть только настоящее. В нем одном проявляется божественная свободная сущность души человека.

We suffer from the past and spoil the future for ourselves only because we neglect the present. The past and the future are dreams; the present alone truly is.

Мы страдаем от прошедшего и портим себе будущее только потому, что пренебрегаем настоящим. Прошедшее и будущее — мечты, настоящее одно действительно есть.

There is no past; the future has not come. The present is the infinitely small point of contact between the nonexistent past and the nonexistent future. And it is in this point, in this timeless point, that our true life is lived.

Прошедшего нет, будущее не наступило. Настоящее есть бесконечно малая точка соприкосновения несуществующего прошедшего с несуществующим будущим. И в ней-то, в этой безвременной точке и совершается истинная жизнь человека.

Just as we cannot lift ourselves up by ourselves, so neither can we extol ourselves. On the contrary, every attempt we make to praise ourselves lowers us in people’s eyes.

Как человек не может сам поднять себя, так не может человек и восхвалить себя. Напротив, всякая попытка человека хвалить себя роняет его в глазах людей.

For the most part people are proud not of what is worthy of respect, but of what they do not need or what harms them: power, wealth.

Люди большей частью гордятся не тем, что достойно уважения, а тем, что им не нужно или вредно: властью, богатством.

Punishment is a notion that humanity is beginning to outgrow.

Наказание есть понятие, из которого начинает вырастать человечество.

To punish, in Russian, means to instruct. One can instruct only by example. Requiting evil with evil, however, does not instruct, but corrupts.

Наказывать — по-русски значит поучать. Поучать можно только примером. Воздаяние же злом за зло не поучает, а развращает.

Love draws people toward union; reason, one and the same in all, establishes this union.

Любовь влечет людей к единению; разум, единый у всех, утверждает это единение.

We are conscious of the spiritual, divine principle of our life on the one hand through reason, on the other — through love.

Духовное, божественное начало нашей жизни мы сознаем, с одной стороны, разумом, с другой стороны — любовью.

It would seem that we cannot live without knowing what we live for, and that the first thing we must make clear to ourselves is the meaning of our life — all the more since there have been, and are, people who know this meaning. And yet most people who consider themselves educated are proud of having risen to what seems to them a height from which they see that life has no meaning at all.

Казалось бы, нельзя жить, не зная, для чего живешь, и что первое, что человек должен уяснить себе, это смысл своей жизни, — тем более, что были и есть люди, знающие этот смысл. А между тем, большинство людей, считающих себя образованными, гордятся тем, что дошли до той кажущейся им высоты, при которой они видят, что жизнь не имеет никакого смысла.

We must each settle for ourselves the questions of the meaning of life and death.

Каждому человеку самому надо решить для себя вопросы о смысле жизни и смерти.

Reason is the property that distinguishes human beings from the animals.

Разум есть отличительное от животных свойство человека.

Love shows us the aim of our life; reason shows us the means of fulfilling it.

Любовь показывает человеку цель его жизни; разум показывает средства исполнения ее.

The more necessary a thing, the more ruinous its misuse. Most of the calamities people suffer come from the misuse of the most precious instrument of life — reason.

Чем нужнее предмет, тем губительнее злоупотребление им. Большая часть бедствий людей происходит от злоупотребления самым драгоценным орудием жизни — разумом.

Reason, both that of each individual person and that of people taken all together, is the only guide of human life.

Разум как каждого отдельного человека, так и совокупности людей есть единственный руководитель человеческой жизни.

Only people who have never thought about the chief and essential questions of life can think and say that everything is within the reach of human reason.

Только люди, никогда не думавшие о главных и существенных вопросах жизни, могут думать и говорить, что всё доступно человеческому разуму.

True religion cannot be contrary to reason.

Истинная религия не может быть противна разуму.

The longer humanity lives, the more it frees itself from superstitions, and the simpler the laws of life appear to it.

Чем дольше живет человечество, тем больше освобождается оно от суеверий и тем проще представляются ему законы жизни.

To repent means to see the full extent of one’s depravity, of one’s weakness. Repentance is the censure of all that is bad in oneself; it is a cleansing of the soul, a preparing of it to receive what is good.

Каяться — значит видеть всю степень своей порочности, своей слабости. Покаяние есть порицание всего дурного в себе, есть чистка души, приготовление ее к принятию добра.

Perfecting is always preceded by repentance. It is bad when we consider ourselves, or our nation, to have no need of repentance.

Совершенствованию всегда предшествует покаяние. Плохо, если человек считает себя или свой народ не нуждающимся в покаянии.

The evil that people do not only deprives them of their true good, diminishing their souls, but often returns, in this world as well, upon those who did it.

Зло, совершенное человеком, не только лишает человека его истинного блага, умаляя его душу, но часто возвращается и в этом мире на совершившего его.

We look within time for the recompense of the good and evil we have done, and often we do not find it. But good and evil are done in the spiritual realm, outside time, and in this realm, though we see no evident signs of this recompense, we are without doubt conscious of it in our conscience.

Мы ищем возмездия совершенного нами добра и зла во времени и часто не находим его. Но добро и зло совершается в духовной области вне времени, и в этой области, хотя мы и не видим явных признаков этого возмездия, мы, несомненно, в нашей совести сознаем его.

The material evil a person has done may not, in this world, come back upon the one who did it; but the evil feeling that called forth the bad deed will surely leave its trace in the soul and, one way or another, make that person suffer.

Вещественное зло, совершенное человеком, может в этом мире не вернуться на того, кто совершил его, но то злое чувство, которое вызвало дурной поступок, наверное оставит свой след в душе человека и, так или иначе, заставит его страдать.

The life of society can be improved only by self-renunciation.

Общественная жизнь может быть улучшена только самоотречением.

The personality of each of us is a veil that hides the divinity living in us. The more we renounce our personality, the more this divinity shows itself in us.

Личность каждого человека есть покров, скрывающий живущее в нем божество. Чем больше отрекается человек от своей личности, тем больше проявляется в нем это божество.

For those who are conscious of their spiritual nature, self-renunciation is as much a good as the satisfaction of passions and lusts is for those who live an animal life.

Самоотречение для человека, сознающего свою духовность, есть такое же благо, как и удовлетворение страстей и похотей для человека, живущего животной жизнью.

My bodily life is subject to suffering and death, and no efforts of mine can deliver me from suffering or from death. But my spiritual life is subject neither to suffering nor to death. And therefore my salvation from suffering and death lies in one thing only: in transferring my consciousness into my spiritual “I.”

Телесная жизнь моя подлежит страданиям и смерти, и никакие усилия мои не могут избавить меня ни от страданий, ни от смерти. Духовная же жизнь моя не подлежит ни страданиям, ни смерти. И потому спасение мое от страданий и смерти только в одном: в перенесении моего сознания в свое духовное «я».

Self-renunciation is not renunciation of self, but only renunciation of our animal being.

Самоотречение не есть отречение от себя, а только отречение от своего животного.

The cross a person bears is made up of a large vertical part, representing the will of God, and a small crosswise part, representing the human will. Set your will in the same direction as the will of God, and there will be no cross.

Крест, который несет человек, состоит из большой отвесной части, представляющей волю бога, и малой поперечной части, представляющей волю человека. Приведи свою волю в одно направление с волею бога, и не будет креста.

Self-love that goes beyond certain limits is a mental illness. Carried to its highest degree, it shows itself as the mental illness called megalomania.

Себялюбие, переходящее известные пределы, есть душевная болезнь. Доведенное до высшей степени, оно проявляется той душевной болезнью, которая называется манией величия.

“My food is to do the will of him who sent me and to accomplish his work,” said Christ. Each of us has this work of his. We cannot know what the whole of the work is that God does through us, but we cannot help knowing what our part in it must be.

«Пища моя в том, чтобы творить волю пославшего меня и совершить дело его», сказал Христос. У каждого из нас это дело его. Мы не можем знать, в чем состоит всё то дело, которое бог делает через нас, но не можем не знать, в чем должно состоять наше участие в нем.

We know life only here, in this world, and so, if there is meaning in our life, it must be here, in this world.

Жизнь мы знаем только здесь, в этом мире, и потому, если есть смысл в нашей жизни, то он должен быть здесь, в этом мире.

Life is movement, and therefore the good of life is not a certain state, but a certain direction of movement.

Such a direction is the service not of oneself, but of God.

Жизнь есть движение, а потому и благо жизни не есть известное состояние, а известное направление движения.

Такое направление есть служение не себе, а богу.

Human life is reasonable only when it is understood as the fulfillment of a duty, as service.

Жизнь человека только тогда разумна, когда она понимается, как исполнение долга, служение.

There is no special great deed that we could perform in this life. Our whole life must be that deed.

Нет того особенного подвига, который бы мы могли совершить в этой жизни. Вся жизнь наша должна быть этим подвигом.

A woman does not differ from a man in her fundamental calling in life. That calling is the service of God. The difference is only in the object of the service. Although a woman’s calling in life is the same as a man’s, to serve God, and is fulfilled by the same means — love — for most women the object of this service is more definite than for a man. That object is the rearing and upbringing, in love, of ever new workers for the work of God.

Женщина не отличается от мужчины в своем основном жизненном призвании. Призвание это — служение богу. Различие — только в предмете служения. Хотя призвание в жизни женщины то же, как и призвание мужчины: в служении богу и выполняется тем же средством — любовью, — для большинства женщин предмет этого служения более определенен, чем для мужчины. Предмет этот: возращение и воспитание в любви всё новых и новых работников дела божия.

Our calling is service to all, to all people, and not the kind of service to some that inevitably means doing evil to others.

Назначение человека — служение всем, всем людям, а не такое служение одним, при котором неизбежно делание зла другим.

After a long conversation, try to recall everything that was talked about, and you will be surprised at how empty and needless and often bad much of it was, and sometimes all of it.

После долгого разговора постарайся вспомнить всё то, о чем было говорено, и ты удивишься, как пусто и ненужно и часто дурно было многое, а иногда и всё то, что говорилось.

Our morality shows in our attitude toward words.

Нравственность человека видна в его отношении к слову.

Nothing encourages idleness so much as empty talk. If people kept silent and did not utter the trifles with which they drive off the boredom of idleness, they could not bear it.

Ничто так не поощряет праздности, как пустые разговоры. Если бы люди молчали и не говорили тех пустяков, которыми они отгоняют от себя скуку праздности, они не могли бы переносить ее.

Arguments always do more to darken the truth than to make it clear.

Truth must ripen in solitude. And when it has ripened, it is so clear that it is accepted without argument.

Споры всегда больше содействуют затемнению, чем уяснению истины.

Истина должна созреть в уединении. Когда же она созреет, она так ясна, что принимается без спора.

There is a natural simplicity, and there is the simplicity of wisdom. Both call forth love and respect.

Есть простота естественная и есть простота мудрости. И та и другая вызывают любовь и уважение.

True goodness is always simple.

Simplicity is so attractive, so advantageous, that it is surprising how few people are simple.

Истинное добро всегда просто.

Простота так привлекательна, так выгодна, что удивительно, как мало людей бывают просты.

What is truly useful, truly good, and therefore truly great is always simple.

Истинно полезное, истинно доброе и потому истинно великое всегда просто.

All people engaged in truly important work are always simple, because they have no time to invent anything superfluous.

Все люди, занятые истинно важным делом, всегда просты, потому что не имеют времени придумывать лишнее.

No reasoning can reduce the spiritual to the material or explain how the spiritual arises from the material.

Никакие рассуждения не могут свести духовное к вещественному и объяснить происхождение духовного от вещественного.

The younger we are and the less given to thought, the more we believe that the essence of our life lies in the body. The older and more rational we are, the more and more we come to know that the foundation of life, both our own and that of the whole world, lies in the spiritual.

Чем моложе и маломысленнее человек, тем больше он верит в то, что сущность его жизни в теле. Чем старше и разумнее, тем всё более и более познает он основу жизни и своей и всего мира в духовном.

Only the spiritual really exists. Everything bodily is only appearance.

Действительно существует только духовное. Всё телесное есть только видимость.

The whole outer world, as we see it, is so only for us. To say that this world really is such as we see it is the same as saying that there can be no beings with outer senses other than ours.

Весь внешний мир, каким мы его видим, таков только для нас. Сказать, что этот мир действительно такой, каким мы его видим, это всё равно что сказать, что не может быть существ с иными, чем мы, внешними чувствами.

The most necessary and important subject of study for each of us is our own self, our spiritual being.

Самый нужный и важный для каждого человека предмет изучения — это он сам, его духовное существо.

The essence of life is not in the body, but in consciousness.

Сущность жизни не в теле, а в сознании.

Those who have moved the consciousness of their life into their spiritual “I” cannot experience evil either in life or in death.

Тот, кто перенес сознание своей жизни в свое духовное «я», не может испытать зла ни в жизни, ни в смерти.

All that we see and know, we see and know not as it is in reality, but as it presents itself to our faculty of knowledge.

Всё, что мы видим и знаем, мы видим и знаем не таким, каким оно есть в действительности, а каким оно представляется нашей познавательной способности.

Life is unceasing change: a weakening of the carnal life and a strengthening, a growth, of the spiritual life.

Жизнь есть неперестающее изменение: ослабление плотской и усиление, увеличение духовной жизни.

The greatest changes, and everything in nature, come about imperceptibly, by slow increase, not by explosions.

It is the same in the spiritual life.

Самые великие изменения и всё в природе совершается незаметно, медленным нарастанием, а не взрывами.

То же самое и в духовной жизни.

Our calling is to keep our souls. And keeping our souls means making them grow, enlarging them. This enlargement is accomplished by love.

Назначение человека есть соблюдение своей души. Соблюдение же своей души есть возращение, расширение ее. Расширение это совершается любовью.

From childhood there begins the growth of spiritual strength and the lessening of bodily strength. As in two cones, each with its apex turned to the other’s base, bodily strength lessens and spiritual strength grows at an even rate.

С детства начинается рост духовной и уменьшение телесной силы. Как два конуса, обращенные вершинами к основаниям, равномерно уменьшается телесная сила и растет сила духовная.

Whoever is not conscious of the beneficence of suffering has not yet begun to live a rational, that is, a true life.

Человек, не сознающий благодетельности страданий, еще не начинал жить разумной, т. е. истинной жизнью.

Sufferings are necessary conditions of growth, both physical and spiritual.

Страдания — необходимые условия роста как физического так и духовного.

The sufferings of an irrational life lead to the consciousness that a rational life is necessary.

Страдания жизни неразумной приводят к сознанию необходимости разумной жизни.

Even if the connection between our sufferings and our sins is not visible to us, that connection exists all the same.

Если связь между нашими страданиями и нашими грехами и не видна нам, связь эта все-таки существует.

Most false and harmful opinions are spread and sustained by suggestion.

Большая часть ложных и вредных мнений распространяется и поддерживается внушением.

Most of people’s actions are done not from reasoning, not even from feeling, but from unconscious imitation, from suggestion.

Большая часть поступков людей совершается не по рассуждению, даже не по чувству, а по бессознательному подражанию, по внушению.

For every truth that enters people’s consciousness and replaces an old error, there comes a period when the error is plain and the truth that must replace it is evident, yet the error goes on holding people by inertia. In such periods what is needed is not so much explanations of the truth as the example of a life in accord with it.

Для каждой входящей в сознание людей истины, заменяющей прежнее заблуждение, бывает период, когда заблуждение явно и очевидна истина, долженствующая заменить его, но заблуждение продолжает по инерции владеть людьми. В такие периоды не столько нужны разъяснения истины, сколько пример жизни, согласной с нею.

As one candle lights another and thousands are lit from a single candle, so one heart kindles another, and thousands are kindled.

Как одна свеча зажигает другую и одной свечой зажигаются тысячи, так и одно сердце зажигает другое, и зажигаются тысячи.

The desires that grip us most are lustful desires, desires of the kind that are never satisfied, and the more they are satisfied, the more they grow.

Самые захватывающие нас желания это — желания похотливые, такие желания, которые никогда не удовлетворяются, и чем больше удовлетворяются, тем больше разрастаются.

Often all the activity of people’s minds is directed not toward discovering the truth, but toward hiding it. Such activity of the mind is the chief cause of temptations.

Часто вся деятельность ума людей направляется не на то, чтобы открыть истину, а на то, чтобы скрыть ее. Такая деятельность ума — главная причина соблазнов.

As storms agitate the waters and destroy their clearness, so passions, anxieties, and fears, troubling the soul, keep us from being conscious of our essence.

Как бури волнуют воды и уничтожают их прозрачность, так и страсти, тревоги, страхи, смущая душу, мешают человеку сознавать свою сущность.

One of the commonest temptations, and one that leads to the greatest calamities, is the temptation expressed in the words “everyone does it.”

Один из самых обычных и ведущих к самым большим бедствиям соблазнов есть соблазн, выражаемый словами: «все так».

Do not think that wisdom is a quality of special people only. Wisdom is necessary to all people, and therefore it is natural to all people. Wisdom lies in knowing your calling and the means of fulfilling it.

Не думай, чтобы мудрость представляла из себя свойство только особенных людей. Мудрость необходима всем людям и потому свойственна всем людям. Мудрость в том, чтобы знать свое назначение и средства исполнять его.

All the outward changes in our life are insignificant compared with the changes that take place in our thoughts.

Все внешние изменения нашей жизни ничтожны в сравнении с теми изменениями, которые совершаются в наших мыслях.

If the truth exposes our life, it is still better to acknowledge the truth than to hide it: our life can change, but the truth will always remain the truth and will not cease to expose us.

Если правда обличает нашу жизнь, то все-таки лучше признать правду, чем скрывать ее: жизнь наша может измениться, правда же всегда останется правдою и не перестанет обличать нас.

Truthfulness is not a virtue, but a sign of the absence of vices.

Правдивость не есть добродетель, но признак отсутствия пороков.

Without truthfulness there can be no good; without kindness truth cannot be passed on.

Без правдивости не может быть добра; без доброты не может быть передаваема истина.

If people were wholly virtuous, they would never depart from the truth.

Если бы люди были вполне добродетельны, они никогда не отступали бы от истины.

Even if we did not want it, we cannot help feeling our bond with the whole world of people: we are bound by industry, and trade, and art, and knowledge, and, above all, by the unity of our condition, the unity of our relation to the world.

Если бы мы и не хотели этого, мы не можем не чувствовать нашей связи со всем миром людей: нас связывает и промышленность, и торговля, и искусство, и знания, и, главное, единство нашего положения, единство нашего отношения к миру.

That which gives life is one in everything.

То, что дает жизнь, едино во всем.

The foundation of all faiths is one and the same.

Основа всех вер одна и та же.

Whether they know it or not, all beings are inseparably bound to one another.

Знают они это или не знают этого, все существа неразрывно связаны между собой.

The foundation of love is each person’s consciousness of the unity of the spiritual principle that lives in all people.

Основание любви есть сознание каждым человеком единства духовного начала, живущего во всех людях.

We are inseparably united by a spiritual bond not only with all people, but with all living creatures.

Мы неразрывно соединены духовной связью не только со всеми людьми, но и со всеми живыми существами.

If we are conscious of God and feel him in our souls, we are conscious of our unity with all the people of the world and feel it.

Если человек сознает и чувствует бога в своей душе, он сознает и чувствует свое единство со всеми людьми мира.

That we are conscious of ourselves as beings separate from others, and of other beings as separate from us and from one another, is a notion that arises from the conditions of life in time and space. The more this separateness is done away with, the more we recognize our unity with all living beings, and the easier and more joyful our life becomes.

То, что мы сознаем себя существами, отделенными от других, и другие существа отделенными от себя и друг от друга, есть представление, вытекающее из условий жизни во времени и пространстве. Чем более уничтожается эта отделенность, тем более мы признаем свое единство со всеми живыми существами и тем легче и радостнее становится наша жизнь.

Whoever lives to fulfill the will of God cannot be sensitive to people’s judgments.

Тот, кто живет для исполнения воли божией, не может быть чувствительным к суждениям людей.

Just as people unused to luxury who have happened into it pretend, in order to raise themselves in others’ eyes, that luxury is so familiar to them that they not only do not marvel at it but disdain it, so unreasonable people, taking disdain for the joys of life as a sign of a lofty worldview, pretend that they are tired of life, that they can imagine something far better.

Как человек, не привыкший к роскоши, но случайно попавший в нее, с целью возвысить себя в глазах людей, делает вид, что роскошь так привычна ему, что он не только не удивляется ей, но пренебрегает ею, так и неразумный человек, считая признаком возвышенного мировоззрения пренебрежение к радостям жизни, делает вид, что жизнь ему надоела, что он может представить себе нечто гораздо лучшее.

The freer we are from pleasing men, from vanity, the easier it is for us to serve God, and vice versa.

Чем свободнее человек от угождения людям, от тщеславия, тем легче ему служить богу, и наоборот.

The vain want to be praised. To be praised, they need to be what people consider good. People, though, consider good whatever pleases them. And what pleases them is to be considered good. And so there is no occupation more vain than the gratification of vanity.

Тщеславный человек хочет, чтобы его хвалили. Для того, чтобы его хвалили, ему нужно быть тем, что люди считают хорошим. Люди же считают хорошим то, что им нравится. А нравится им то, чтобы их считали хорошими. И потому нет более тщетного занятия, как удовлетворение тщеславия.

A deed done only for human glory is always bad, whatever its consequences. A deed in which the wish for good and the wish for human glory had an equal share is indifferent. A good deed is only one whose chief motive is doing the will of God.

Поступок, сделанный только для славы людской, всегда дурной, какие бы ни были его последствия. Поступок, в котором в равной доле участвовало желание добра и желание славы людской — поступок безразличный. Хороший поступок только такой, в котором главная побудительная причина — исполнение воли бога.

There was a time when people ate one another; a time came when they stopped doing so, but they still go on eating animals. Now a time has come when people are more and more giving up this terrible habit as well.

Было время, когда люди ели друг друга; пришло время, когда они перестали это делать, но продолжают еще есть животных. Теперь пришло время, когда люди всё больше и больше бросают и эту ужасную привычку.

There was a time when people ate human flesh and saw nothing wrong in it. And even now there are such savages. People ceased to eat human flesh little by little. So too, people are now little by little ceasing to eat the flesh of animals, and very soon the time will come when people will feel the same revulsion toward the flesh of animals that they now feel toward human flesh.

Было время, когда люди ели человеческое мясо и не находили в этом ничего дурного. И теперь еще есть такие дикие люди. Переставали люди есть человеческое мясо понемногу. Так же и теперь понемногу перестают есть мясо животных, и очень скоро придет время, когда люди будут чувствовать такое же отвращение к мясу животных, какое они чувствуют теперь к человеческому.

It would be excusable not to give up meat-eating if it were necessary and were justified by any considerations whatever. But that is not the case. It is simply a bad act, which in our time has no justification at all.

Извинительно бы было не оставлять мясоедения, если бы оно было необходимо и оправдывалось какими бы то ни было соображениями. Но этого нет. Это просто дурное дело, не имеющее в наше время никакого оправдания.

Thou shalt not kill refers not only to the killing of human beings, but to the killing of every living thing. And this commandment was written in the human heart before it was heard on Sinai.

Не убий относится не к одному убийству человека, но и к убийству всего живого. И заповедь эта была записана в сердце человека, прежде чем она была услышана на Синае.

No conditions can make killing cease to be the grossest and most obvious violation of the law of God, a law expressed both in all religious teachings and in people’s consciences.

Никакие условия не могут сделать того, чтобы убийство перестало быть самым грубым и явным нарушением закона бога, выраженного и во всех религиозных учениях и в совести людей.

The material evil that war produces, however enormous it is, is insignificant compared with that evil, the perversion of notions of good and evil, which it brings into the souls of simple, unreflecting working people.

Вещественное зло, производимое войной, как оно ни огромно, ничтожно в сравнении с тем злом извращения понятий о добре и зле, которое она вносит в души простых, малодумающих людей рабочего народа.

War and Christianity are incompatible.

Война и христианство несовместимы.

People think that if they call the crime of murder “war,” murder will cease to be murder, a crime.

Люди думают, что если они назовут преступление убийства «войною», то убийство перестанет быть убийством, преступлением.

Not only do the calamities of wars and of preparations for war fail to correspond to the causes put forward in their justification, but their causes are for the most part so trifling that they are not worth discussing, and are wholly unknown to those who perish in the wars.

Бедствия войн и военных приготовлений не только не соответствуют тем причинам, которые выставляются в их оправдание, но причины их большей частью так ничтожны, что не стоят обсуждения и совершенно неизвестны тем, которые гибнут в войнах.

Neither the descriptions nor the sight of the horrors of war keeps people from taking part in war. One of the reasons for this is that all who contemplate the horrors of war arrive, in spite of themselves, at an unexpressed, vague consideration: that if so terrible a thing exists and is permitted, then there probably also exist causes of this terrible thing that are hidden from them. This consideration leads people who are often not wicked to defend war, seeking out its beneficial sides, as they seek out the beneficence of the forces of nature, and forgetting that they themselves make it.

Ни описания, ни вид ужасов войны не останавливают людей от участия в войне. Одна из причин этого та, что, созерцая ужасы войны, всякий невольно приходит к невыраженному, смутному соображению о том, что если столь ужасное дело существует и допускается, то существуют, вероятно, и скрытые от него причины этого ужасного дела. Это соображение делает то, что люди, часто не злые, защищают войну, отыскивая ее благодетельные стороны, как отыскивают благодетельность стихийных явлений, забывая то, что они сами ее делают.

The foundation of the order of ancient society is violence; the foundation of the order of society proper to our time is rational agreement and the rejection of violence.

Основа устройства древнего общества — насилие; основа устройства общества, свойственного нашему времени, — разумное согласие и отрицание насилия.

People are so used to the outward order of life being kept up by violence that for people to live without violence seems impossible to them. And yet, if people use violence to establish a life that is just (outwardly), then those who establish such a life must know what justice is and be just themselves. And if some people can know what justice is and can be just, then why should not all people know it and be just?

Люди так привыкли к поддержанию внешнего порядка жизни насилием, что жизнь людей без насилия представляется им невозможною. А между тем, если люди насилием учреждают справедливую (по внешности) жизнь, то те люди, которые учреждают такую жизнь, должны знать, в чем справедливость, и быть сами справедливы. Если же одни люди могут знать, в чем справедливость, и могут быть справедливыми, то почему же всем людям не знать этого и не быть справедливыми?

Violence is especially harmful in that it always clothes itself in outward grandeur and thereby instills respect for what ought to arouse only revulsion.

Насилие тем особенно вредно, что оно всегда облекается во внешнее величие и этим внушает уважение к тому, что должно бы вызывать одно отвращение.

Besides all the calamities and horrors of war, one of its greatest evils is the perversion of minds: an army exists, military expenditures exist, and this must be explained. It cannot be explained rationally, and so reason is perverted.

Кроме всех бедствий и ужасов войны, одно из величайших зол ее — это извращение умов: существует войско, военные издержки, надо объяснить это. Разумно объяснить нельзя, и потому извращается разум.

Most people now understand not only that war is useless to them but that it is madness and cruelty; yet they cannot rid themselves of it, because they seek deliverance in general decisions of governments and not in their own acts, the acts of separate persons.

Большинство людей уже понимает теперь не только бесполезность для них, но и безумие и жестокость войны, но не может избавиться от нее потому, что ищут избавления в общих правительственных решениях, а не в своих, отдельных людей, поступках.

As long as there is violence, there will be war. Violence can be overcome not by violence, but by nonresistance to it and nonparticipation in it.

До тех пор, пока будет насилие, будет и война. Победить насилие можно не насилием, а непротивлением ему и неучастием в нем.

The rich cannot help being unmerciful. Were they to give free rein to the natural feeling of mercy, they would soon cease to be rich.

Богатому нельзя не быть немилосердным. Дай он волю естественному чувству милосердия, он скоро перестанет быть богатым.

Charity is charity only when it is a sacrifice.

Благотворение только тогда благотворение, когда оно жертва.

How perverse must be that order of the world in which the rich, living by the labors of the poor, housed, fed, and clothed by the poor, can think that they are the benefactors of the poor!

Как превратно должно быть то устройство мира, при котором люди богатые, живущие трудами бедных, обстраиваемые, питаемые, одеваемые бедными, могут думать, что они — благодетели бедных!

For the pagan world wealth is glory and greatness. For Christians wealth is an exposure of their weakness or their falsehood. To say “a rich Christian” is the same as to say “a legless racehorse.”

Для языческого мира богатство составляет славу и величие. Для христианина богатство есть обличение его слабости или лжи. Сказать: богатый христианин — всё равно что сказать: безногий скакун.

If Christians professed their law, there could be neither rich nor poor.

Если бы христиане исповедывали свой закон, не могло бы быть ни богатых, ни бедных.

You cannot serve God and mammon. Care for the increase of wealth is incompatible with the demands of a true, spiritual life.

Нельзя служить богу и мамоне. Забота об увеличении богатства несовместима с требованиями истинной, духовной жизни.

Wealth never gives satisfaction: needs always grow with the increase of wealth in such a way that the more wealth there is, the less it suffices to satisfy the needs.

Богатство никогда не дает удовлетворения: потребности возрастают с увеличением богатства всегда так, что чем больше богатства, тем менее достает его на удовлетворение потребностей.

The joys of wealth are deceptive.

Радости богатства обманчивы.

The condition of wisdom is moral purity; its consequence is peace of soul.

Условие мудрости — нравственная чистота; последствие ее — душевный мир.

Wisdom is attained by inner work in solitude and by the same work on oneself in dealing with people.

Мудрость достигается внутренней работой в уединении и такой же работой над самим собою в общении с людьми.

What matters is not the quantity of knowledge but its quality. One can know a great deal without knowing what is most needful.

Важно не количество знаний, а качество их. Можно знать очень многое, не зная самого нужного.

The wisdom of everyday life lies in living according to reason, even if such a life is condemned by all.

Житейская мудрость в том, чтобы жить согласно разуму, хотя бы такая жизнь была осуждаема всеми.

The wise do not seek to change their situation, because they know that fulfilling the law of God — the law of love — is possible in any situation.

Мудрый человек не ищет изменения своего положения, потому что знает, что исполнение закона бога — закона любви — возможно во всяком положении.

Wisdom does not fear ignorance, does not fear doubts, does not fear labor, inquiry; it fears one thing: asserting that it knows what it does not know.

Мудрость не боится незнания, не боится сомнений, не боится труда, исследования, боится одного: утверждения того, что она знает, чего не знает.

The calling of woman and of man is one and the same: the service of God. But the ways in which each sex serves are different and precisely defined. And so each sex must serve God in its own way, the way defined for it. The chief, the exclusive work of woman — given to her alone, and necessary for the life and the perfecting of humanity — is the bearing and early upbringing of children. And so all a woman’s strength and attention must be directed to this work and to what touches on it. A woman can do everything a man does, but a man cannot do what a woman does (childbearing and early upbringing). And so a woman must put all her strength into doing well the work (of childbearing and early upbringing) that she alone can do.

Назначение женщины и мужчины одно и то же: служение богу. Но способы служения того и другого пола различны и точно определены. И потому каждый пол должен служить богу своим, определенным для него способом. Главное, исключительное дело женщины, — ей только одной предоставленное и необходимое для жизни и совершенствования человечества, — это — рождение и первое воспитание детей. И потому на это дело и на то, что соприкасается с ним, должны быть направлены все силы и внимание женщины. Женщина может делать всё то, что делает мужчина, но мужчина не может делать того, что делает женщина (деторождение и первое воспитание). И потому женщина должна полагать все силы на то, чтобы хорошо делать то дело (деторождения и первого воспитания), которое она одна может делать.

One person shouts “Fire!” in a building full of people — and the crowd stampedes, and dozens, hundreds of people are killed.

Such is the evident harm done by a word. But this harm is no less great when we do not see the people who have suffered from our word.

Один человек крикнет в наполненном народом здании: «Горим!» — и толпа бросается, и убиваются десятки, сотни людей.

Таков явный вред, производимый словом. Но вред этот не менее велик и тогда, когда мы не видим людей, пострадавших от нашего слова.

For the truth to be heard, it must be spoken with kindness. However clever and true a thing said in anger may be, it is not conveyed to another. And so know that if what you say to people is not taken in by them, it is one of two things: either what you consider the truth is not the truth, or you convey it without kindness, or both together.

Для того, чтобы истина была услышана, надо, чтобы она была высказана с добротою. Как бы умно и верно ни было то, что сказано с сердцем, оно не передается другому. И потому знай, что если то, что ты говоришь человеку, не воспринимается им, то одно из двух: или то, что ты считаешь истиной — не истина, или ты передаешь ее без доброты, или и то и другое вместе.

Most often people do not agree with the truth because they feel offended by the form in which the truth is offered to them.

Люди не соглашаются с истиной чаще всего оттого, что они чувствуют себя оскорбленными той формой, в которой предлагается им истина.

A word is a deed.

Слово есть поступок.

Why do people so love to judge one another? Because all who judge another think that they would not have done what they judge their neighbor for. This is also why people love to hear their neighbors judged.

Отчего люди так любят осуждать друг друга? Оттого, что всякий человек, осуждая другого, думает, что он не сделал бы того, за что осуждает ближнего. От этого же люди и любят слушать осуждение ближних.

Condemning another is always mistaken, because no one can ever know what has gone on and is going on in that other’s soul.

Осуждение другого всегда неверно, потому что никто никогда не может знать того, что происходило и происходит в душе этого другого.

Unkind feelings call forth the judging of people, but very often judging people calls forth in us unkind feelings toward them, all the more unkind the more we judge them.

Недобрые чувства вызывают осуждение людей, но очень часто осуждение людей вызывает в нас недобрые к ним чувства, и тем более недобрые, чем больше мы осуждаем их.

How little effort is needed not to condemn our neighbor, and how much easier life becomes for those who do not condemn others. Yet how few people make this effort.

Как мало нужно усилия для того, чтобы не осуждать ближнего, и как облегчается жизнь того, кто не осуждает других. А как мало людей делают это усилие.

Only those who know all their own weaknesses can be just to the weaknesses of their neighbor.

Только тот, кто знает все свои слабости, может быть справедлив к слабостям ближнего.

Condemning our neighbor is an amusement that people who do not understand all the harm of this amusement find it hard to refrain from. But for those who understand all the harm of condemnation, it is a sin not to abstain from it merely for the sake of amusement.

Осуждение ближнего есть забава, от которой людям, не понимающим всего вреда этой забавы, трудно удержаться. Понимая же весь вред осуждения, грешно не воздерживаться от него только из-за забавы.

We can be convinced that we must not condemn a brother if only because hundreds of times we have had, and still have, to repent of having condemned a brother, but never of not having condemned him.

Убедиться в том, что не должно осуждать брата, можно уже потому, что сотни раз приходилось и приходится раскаиваться в том, что осудил брата, а никогда в том, что не осудил его.

To judge our neighbor is unreasonable: it serves no purpose whatever, and meanwhile it harms both ourselves and others.

Осуждение ближнего неразумно: оно ни на что не нужно, а между тем вредно и себе и другим.