10Marchмарта · 10-е марта
То, что дает жизнь, едино во всем.
That which gives life is one in everything.
1. Всё живое боится мучения, всё живое боится смерти; пойми самого себя во всяком живом существе, не мучай и не убивай, не причиняй страданий и смерти.
Всё живое хочет того же, чего и ты, всё живое дорожит своей жизнью; пойми же самого себя во всяком живом существе.
1. Every living thing fears torment, every living thing fears death; understand yourself in every living being, do not torment and do not kill, do not cause suffering and death.
Every living thing wants the same as you, every living thing holds its life dear; understand yourself, then, in every living being.
From Dhammapada · reworded by Tolstoy .
What changedTo “do not kill, nor cause slaughter” Tolstoy adds “do not torment” and “do not cause suffering”; in the second verse every living thing “wants the same as you,” and the command not to kill gives way to “understand yourself, then, in every living being.”
Original · PaliSabbe tasanti daṇḍassa, …
… sabbe bhāyanti maccuno; …
Attānaṁ upamaṁ katvā, …
… sabbesaṁ jīvitaṁ piyaṁ; …
Source text: raw.githubusercontent.comIn English · F. Max Müller, 1881129. All men tremble at punishment, all men fear death; remember that you are like unto them, and do not kill, nor cause slaughter.
130. All men tremble at punishment, all men love life; remember that thou art like unto them, and do not kill, nor cause slaughter.
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньВсё живое трепещет мучения, всё живое боится смерти; познай самого себя во всяком живом существе — и не убивай и не причиняй смерти.
Всё живое отвращается от страдания, всё живое дорожит своей жизнию; пойми же самого себя во всяком живом существе — не убивай и не причиняй смерти.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Dhammapada, vv. 129–130 (Daṇḍavagga).
Dhammapada 129–130, reworked from Tolstoy's own 1903 text. Thoughts of Wise Men (1903), 17 February, prints both verses signed Dhammapada; that collection's Dhammapada came from N. Gerasimov's Russian, «Путь к истине» (1898), named in the Jubilee commentary (vol. 40) and not found online. Against Müller: 'All men tremble at punishment' becomes «Всё живое боится мучения» (all living things; the Pali has 'all'); 'remember that you are like unto them' becomes «пойми самого себя во всяком живом существе»; in v. 130 'all men love life' becomes «Всё живое хочет того же, чего и ты, всё живое дорожит своей жизнью», and its 'do not kill, nor cause slaughter' is cut. Against the 1903 text Tolstoy adds «не мучай» and «не причиняй страданий» to the first verse and replaces «отвращается от страдания» with «хочет того же, чего и ты».
2. Всё, что ты видишь, всё, в чем есть божественное и человеческое — всё это едино: мы — члены одного великого тела. Природа создала нас родными, произведя нас на свет из одного и того же материала и для одной и той же цели. Она заложила в нас взаимную любовь и сделала нас общительными, дружелюбными; утвердила в нас стремление к справедливости и чувство долга; по ее установлению, губить хуже, чем гибнуть; по ее велению, рука должна быть всегда готова на помощь. Мы рождены для единения. Наш союз подобен каменному своду, который рухнул бы, если бы камни не опирались друг на друга.
2. All that you see, all in which there is the divine and the human — all this is one: we are members of one great body. Nature made us kin, bringing us into the world from one and the same material and for one and the same end. She planted mutual love in us and made us sociable and friendly; she established in us the striving for justice and the sense of duty; by her ordinance, it is worse to destroy than to perish; at her bidding, the hand must always be ready to help. We are born for union. Our fellowship is like a stone vault, which would collapse if the stones did not support one another.
From Epistulae morales ad Lucilium · shortened by Tolstoy .
Original · Latin… omne hoc quod vides, quo divina atque humana conclusa sunt, unum est; membra sumus corporis magni.
Natura nos cognatos edidit, cum ex isdem et in eadem gigneret; haec nobis amorem indidit mutuum et sociabiles fecit.
Illa aequum iustumque composuit; ex illius constitutione miserius est nocere quam laedi; ex illius imperio paratae sint iuvandis manus.
Societas nostra lapidum fornicationi simillima est, quae, casura nisi in vicem obstarent, hoc ipso sustinetur.
Source text: thelatinlibrary.comIn English · Richard Mott Gummere, 1925… all that you behold, that which comprises both god and man, is one—we are the parts of one great body.
Nature produced us related to one another, since she created us from the same source and to the same end.
Let us possess things in common; for birth is ours in common.
Our relations with one another are like a stone arch, which would collapse if the stones did not mutually support each other, and which is upheld in this very way.
Source text: en.wikisource.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Epistulae morales ad Lucilium, 95.52–53.
Close to Seneca, Letter 95.52–53, with one omission: "Let this verse be in your heart and on your lips: I am a man; and nothing in man's lot do I deem foreign to me" (Terence) is dropped. "Let us possess things in common; for birth is ours in common" becomes «Мы рождены для единения» (we are born for union). «утвердила в нас стремление к справедливости и чувство долга» (planted in us the striving for justice and the sense of duty) renders aequum iustumque composuit (she established fairness and justice), and «губить хуже, чем гибнуть» renders miserius est nocere quam laedi (it is more wretched to harm than to be harmed). The Russian intermediary was not found. On March 22 (3-22.1) Tolstoy used the same lines in other words.
Translation note. Two near words are kept apart: «единение», “union”, and «союз», “fellowship”.
3. Счастие свое человек находит только в служении ближним, и, благодаря этому служению, он становится един с основой жизни мира.
3. We find our happiness only in serving our neighbors, and, through this service, we become one with the foundation of the life of the world.
4. Единство свое с человеком я живо сознаю и чувствую. Такое же единство я чувствую (хотя и слабее) между собою и животным. Еще слабее я чувствую его с насекомыми, с растениями, и сознание этого единства совершенно исчезает у меня по отношению к микроскопическим и телескопическим существам. Но то, что у меня нет чувственного органа для познания этого единства, не доказывает того, чтобы оно не существовало.
4. I am vividly conscious of my oneness with a human being, and I feel it. I feel the same oneness (though more faintly) between myself and an animal. Still more faintly I feel it with insects, with plants, and the consciousness of this oneness vanishes in me entirely with regard to microscopic and telescopic beings. But that I have no sense organ for knowing this oneness does not prove that it does not exist.
5. Путь жизни — один, и все мы рано или поздно сойдемся на этом пути. Знание этого пути слишком ясно заложено в наше сердце, слишком широка и заметна эта дорога для того, чтобы не попасть на нее. В конце дороги этой — бог, и он зовет нас к себе, и как больно смотреть на людей, когда они идут мимо этой дороги, дорогою смерти.
Путь жизни широк, но многие не знают его и идут дорогою смерти.
5. The way of life is one, and all of us, sooner or later, will meet on this way. The knowledge of this way is set too clearly in our heart, this road is too broad and too plain, for us to miss it. At the end of this road is God, and he calls us to himself; and how painful it is to watch people when they go past this road, by the road of death.
The way of life is broad, but many do not know it and go by the road of death.
From Letter to A. S. Danilevsky, 20 June 1843 · reworded by Tolstoy .
What changedGogol’s road, “слишкомъ положена въ основу нашей жизни,” laid too deep in the foundation of our life, becomes a way whose knowledge “is set too clearly in our heart,” and “а Богъ есть истина,” and God is truth, becomes “and he calls us to himself”; Tolstoy adds the pity for those who go past it “by the road of death,” and a closing sentence on them.
Original · RussianВсЬ сойдемся мы на одной дорог!..
Дорога эта слишкомъ поло/кеиа въ осниву нашей жиши. слшпкомъ пшрока и замЬтна для того, чтобы не попасть на нее.
Въ концЬ дороги этой Богъ; а Богъ есть истина; …
Source text: archive.orgRelated · Matthew 7:13–14… потому что тесны́ врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их.
Source text: ru.wikisource.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Letter to A. S. Danilevsky, 20 June 1843, Письма Н. В. Гоголя, ed. V. I. Shenrok, vol. II (St Petersburg: A. F. Marks, 1901), letter XXVII; its old-orthography OCR quoted with its errors.
Found while May was being made (work/may/trace/german-russian.json found the letter, the source of May 10’s Gogol too). Gogol’s three sentences, reworked: «Всѣ сойдемся мы на одной дорогѣ» (we shall all meet on one road) becomes «Путь жизни — один, и все мы рано или поздно сойдемся на этом пути»; the road «слишкомъ положена въ основу нашей жизни» (laid too deep in the foundation of our life) becomes «знание этого пути слишком ясно заложено в наше сердце»; «слишкомъ широка и замѣтна для того, чтобы не попасть на нее» is kept; «Въ концѣ дороги этой Богъ; а Богъ есть истина» becomes «В конце дороги этой — бог, и он зовет нас к себе». The pity for those who go by the road of death, and the last paragraph, are Tolstoy’s, as «По Гоголю» allows. March proposed the digression on the errors of mankind in Dead Souls, vol. I, ch. 10, as the probable source; the letter has the words.
Отгоняй от себя все то, что мешает тебе чувствовать твою связь со всем живым.
Drive away from yourself everything that keeps you from feeling your bond with all that lives.
Tolstoy TodayТолстой сегодня · tolstoytoday.org/march/10