19Marchмарта · 19-е марта
Как превратно должно быть то устройство мира, при котором люди богатые, живущие трудами бедных, обстраиваемые, питаемые, одеваемые бедными, могут думать, что они — благодетели бедных!
How perverse must be that order of the world in which the rich, living by the labors of the poor, housed, fed, and clothed by the poor, can think that they are the benefactors of the poor!
1. Падает камень на кувшин — горе кувшину, падает кувшин на камень — горе кувшину; так или иначе, всё горе кувшину.
1. A stone falls on the jug — woe to the jug; the jug falls on the stone — woe to the jug; either way, it is still woe to the jug.
From Esther Rabbah, on Esther 3:6 · close to the original .
Original · Aramaicנָפְלָה כִּיפָּה עַל קִידְרָא, וַוי לְקִידְרָא. נָפְלָה קִידְרָא עַל כִּיפָּה, וַוי לְקִידְרָא, בֵּין כָּךְ וּבֵין כָּךְ וַוי לְקִידְרָא.
Source text: sefaria.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньПадает камень на кувшин — горе кувшину, падает кувшин на камень — горе кувшину, так или иначе, всё горе кувшину.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Esther Rabbah, on Esther 3:6, 7:10.
The Aramaic proverb in Esther Rabbah: 'if the stone falls on the pot, woe to the pot; if the pot falls on the stone, woe to the pot; either way, woe to the pot'. Faithful («кувшин», a jug, for the pot). In the midrash, on Haman's plot, Israel is the stone and the nations the potsherds; Tolstoy prints the proverb alone, as in Thoughts of Wise Men (1903), 8 July. The source is Midrash, not Talmud. No public-domain English translation was found.
2. Если богатые люди могут благодетельствовать бедным своим богатством, то это происходит оттого, что правительство, покровительствуя некоторым, вводит имущественное неравенство и тем порождает необходимость в благотворительности. А при таких условиях помощь, которую богатый окажет бедному, заслуживает ли вообще имени благотворительности, которой любят кичиться, как заслугой?
2. If rich people can benefit the poor with their wealth, this comes about because the government, by favoring some, introduces inequality of property and thereby gives rise to the need for charity. And under such conditions, does the help that a rich man gives a poor one deserve the name of charity at all, which people so love to boast of as a merit?
Kant.
From Die Metaphysik der Sitten, II: Metaphysische Anfangsgründe der Tugendlehre · reworded by Tolstoy .
What changedKant’s “größtenteils,” for the most part, and the government’s “Ungerechtigkeit,” injustice, drop out, and his qualified claim becomes an unqualified one: the government, “by favoring some, introduces inequality of property.”
Original · GermanDas Vermögen wohlzutun, was von Glücksgütern abhängt, ist größtenteils ein Erfolg aus der Begünstigung verschiedener Menschen durch die Ungerechtigkeit der Regierung, welche eine Ungleichheit des Wohlstandes, die anderer Wohltätigkeit notwendig macht, einführt.
Verdient unter solchen Umständen der Beistand, den der Reiche den Notleidenden erweisen mag, wohl überhaupt den Namen der Wohltätigkeit, mit welcher man sich so gern als Verdienst brüstet?
Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Die Metaphysik der Sitten, II: Metaphysische Anfangsgründe der Tugendlehre (1797), § 31, Kasuistische Fragen, Akademie-Ausgabe vol. VI, p. 454; Vorländer's ed. (Philosophische Bibliothek 42, Leipzig 1907), p. 310.
Kant's paragraph, with two changes of sense. Kant: the capacity to do good that depends on wealth "is for the most part a result of the favoring of certain people through the injustice of the government" (ist größtenteils ein Erfolg aus der Begünstigung verschiedener Menschen durch die Ungerechtigkeit der Regierung), which introduces an inequality of wealth that makes others' beneficence necessary. Tolstoy: «это происходит оттого, что правительство, покровительствуя некоторым, вводит имущественное неравенство» (this comes from the government, favoring some, introducing inequality of property): "for the most part" and "the injustice" go, and Kant's qualified claim becomes an unqualified one. The closing question (does the help the rich give the needy deserve the name of beneficence at all, which one is so fond of boasting of as a merit?) follows Kant. Not in Richter's Kant-Aussprüche, Tolstoy's usual source for Kant (searched for Regierung, Wohltätigkeit, Ungerechtigkeit); how it reached him is not known. Semple's English (The Metaphysic of Ethics, 3rd ed., 1871) gives the casuistical questions of § 31 without this paragraph; no public-domain English of it was found.
3. Удовольствия богачей приобретаются слезами бедняков.
3. The pleasures of the rich are acquired with the tears of the poor.
4. Пусть мы не похищаем золота и стольких-то десятин земли; но всё же посредством какого-нибудь обмана и утайки делаем то же самое в меньших размерах и сколько можем. Когда, например, в торговых обязательствах и при покупке или продаже чего-либо мы спорим и усиливаемся заплатить меньше, чем следует, и всячески стараемся об этом, — не разбой ли это? Не варварство ли и хищение? Не говори мне, что ты отнял не дом, не рабов. Несправедливость определяется не ценностью того, что похищается, а намерением похитителей. Несправедливость и справедливость имеют одинаковую силу, как в большом, так и в малом. И я одинаково называю вором того, кто, отрезав кошелек, возьмет чужие деньги, так и того, кто, покупая что-нибудь на рынке, удержит часть настоящей цены. И грабитель не тот только, кто разломает стену и похитит что-либо из дому, но и тот, кто нарушит справедливость и отнимет что-либо у ближнего.
4. Granted, we do not steal gold and so many desyatinas of land; yet by some deceit and concealment we do the same thing on a smaller scale, as far as we can. When, for example, in trade agreements and in buying or selling anything, we argue and strain to pay less than is due, and try in every way to do so — is this not robbery? Is it not barbarity and plunder? Do not tell me that what you took was not a house, not slaves. Injustice is determined not by the value of what is stolen, but by the intention of those who steal. Injustice and justice have the same force in great things as in small. And I call a thief equally the one who cuts off a purse and takes another’s money, and the one who, buying something in the market, keeps back part of the true price. And the robber is not only the one who breaks through a wall and steals something from a house, but also the one who violates justice and takes anything at all from his neighbor.
From Homilies on the Gospel of John · close to the original .
What Tolstoy read · Беседы на Евангелие от Иоанна, Russian translation in «Творения святого отца нашего Иоан…Пусть мы не похищаем золота и столько-то и столько десятин земли; но все же, посредством какого-нибудь обмана и утайки, делаем то же самое в меньших размерах и сколько можем.
Не воровство ли и хищение? Не говори мне, что ты отнял не дом, не рабов. Несправедливость определяется не ценностью того, что похищается, но намерением похитителей.
И я одинаково называю вором как того, кто, отрезав кошелек, возьмет чужие деньги, так и того, кто, покупая что-нибудь на рынке, удержит часть настоящей цены.
И грабитель не тот только, кто разломает стену и похитит что-либо из дома, но и тот, кто нарушит справедливость и отнимет что-либо у ближнего.
Source text: azbyka.ruIn English · Nicene and Post-Nicene Fathers, ser. 1, vol. 14 (ed. Philip Schaff), 1889If we do not take by violence gold, or such and such a number of acres of land, yet we bring about the same end by deceit and robbery in lesser matters, and where we are able to do so.
Tell not me that thou hast not wrested away houses or slaves, for injustice is judged not by the measure of the things taken, but by the intention of those who commit the robbery.
… and I call cut-purses alike the man who cuts through a purse and takes the gold, and him who buying from any of the market people deducts something from the proper price; …
Source text: ccel.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Homilies on the Gospel of John, Homily LX (on John 10:14–15), § 6.
The Russian translation of Homily LX, § 6, almost word for word: «столько-то десятин» for «столько-то и столько десятин» (such and such a number of acres), «Не варварство ли» (is it not barbarity) for «Не воровство ли» (is it not theft; the English has "Is it not theft and covetousness?"), «а намерением» for «но намерением», «вором того» for «вором как того», and «из дому» for «из дома». The passage ends where Chrysostom turns to "Let us not then pass by our own faults, and become judges of other men's". The Jubilee list of sources names «Наставления св. Иоанна Златоуста» (Посредник, 1888), not seen. The Greek (PG 59) was not saved.
Translation note. A desyatina is an old Russian measure of land, about 2.7 acres.
5. «Не будь грабителем бедного, потому что он беден», — говорит Соломон. А между тем это «ограбление бедного, потому что он беден», — самое обыкновенное дело: богатый всегда пользуется нуждой бедного для того, чтобы заставить его на себя работать или купить то, что он продает, по самой низкой цене.
Ограбление богатого на больших дорогах за то, что он богат, гораздо реже встречается, потому что грабить богатого опасно, бедного же можно грабить, ничем не рискуя.
5. “Do not be a robber of the poor because he is poor,” says Solomon. And yet this “robbing of the poor because he is poor” is the most ordinary thing: the rich man always uses the poor man’s need to make him work for him, or to buy what he sells at the lowest price.
The robbing of a rich man on the highroads because he is rich happens far more rarely, because it is dangerous to rob a rich man, while a poor man can be robbed without risking anything.
From Unto This Last · reworded by Tolstoy .
What changedRuskin’s irony becomes plain statement: “especially the mercantile form of theft” becomes “the most ordinary thing,” and robbing the rich, rare as “less profitable and more dangerous,” is rare because “a poor man can be robbed without risking anything.”
John Ruskin’s own wordsAnd again, more strongly: "Rob not the poor because he is poor; neither oppress the afflicted in the place of business.
This "robbing the poor because he is poor" is especially the mercantile form of theft, consisting in taking advantage of a man's necessities in order to obtain his labour or property at a reduced price.
The ordinary highwayman's opposite form of robbery--of the rich, because he is rich--does not appear to occur so often to the old merchant's mind; probably because, being less profitable and more dangerous than the robbery of the poor, it is rarely practised by persons of discretion.
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый день«Не будь грабителем бедного, потому что он беден», говорит Соломон. Это «ограбление бедного, потому что он беден», составляет специальную промышленную форму грабежа, состоящую в том, чтобы пользоваться нуждой человека для приобретения его труда или собственности по возможно низкой цене. Противоположная форма обычного ограбления богатого на больших дорогах за то, что он богат, повидимому, как менее выгодная и более опасная, редко практикуется осторожными людьми.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Unto This Last (1860–62), Essay III 'Qui Judicatis Terram', Essay III, on Solomon's sayings about the merchant.
Ruskin's irony becomes plain statement. 'especially the mercantile form of theft' becomes 'the most ordinary thing' (самое обыкновенное дело); 'taking advantage of a man's necessities in order to obtain his labour or property at a reduced price' becomes 'the rich man always uses the poor man's need to make him work for him or to buy what he sells at the lowest price'. In the second sentence Ruskin's 'does not appear to occur so often to the old merchant's mind; probably because, being less profitable and more dangerous …, it is rarely practised by persons of discretion' becomes 'is met much more rarely, because robbing the rich is dangerous, while the poor can be robbed without any risk' (бедного же можно грабить, ничем не рискуя); 'less profitable' is dropped. The changes are the Circle's: the version Tolstoy chose for Thoughts of Wise Men (6 September) keeps Ruskin's terms ('специальную промышленную форму грабежа', 'как менее выгодная и более опасная, редко практикуется осторожными людьми'). That version is one of the Ruskin thoughts the censor struck from the 1903 book, as the Jubilee commentary (vol. 40) reports from P. A. Bulanzhe's letter. Ruskin gives Proverbs 22:22 as a maxim of 'a Jew merchant' (Solomon), which Tolstoy makes 'says Solomon'. The Jubilee commentary on Thoughts of Wise Men names the source of its Ruskin: L. P. Nikiforov's Russian selection, «Избранные мысли Джона Рёскина» (Posrednik, 1902); the Circle's list adds its third part (1904). No printable.
Translation note. Proverbs 22:22 (KJV: “Rob not the poor, because he is poor”).
6. Правда, что богатство — это скопление труда; но обыкновенно один человек производит труд, а другой — скопление. И это-то мудрыми людьми называется «разделением труда»!
6. It is true that wealth is an accumulation of labor; but usually one man produces the labor and another the accumulation. And this is what wise men call “the division of labor”!
Source not found yet .
Related · Ernest Crosby, Labor and Neighbor: An Appeal to First PrinciplesIn one sense, indeed, capital and labor are actually one, for capital is accumulated labor ; but unfortunately, as some one has remarked, it is too often the case that one man does the labor and another the accumulating.
Source text: archive.orgTolstoy’s own version · Путь жизниПравда, что богатство — скопление труда; но обыкновенно один человек производит труд, а другой — скопление. И это-то учеными людьми называется «разделением труда».
Source text: tolstoy.ruDetails
Not found yet.
Not found. The first half was a saying in circulation: Ernest Crosby, in essays written before his death in January 1907 and printed in 1908, gives it as what 'some one has remarked': 'capital is accumulated labor; but ... it is too often the case that one man does the labor and another the accumulating'. Crosby's 'capital' is Tolstoy's 'wealth' (богатство). The closing barb, that this is what wise men call 'division of labour', was found in no English text; whether it is the unnamed source's or Tolstoy's is not known. In The Path of Life the line reads «учеными людьми» (learned men) for the Circle's «мудрыми людьми» (wise men), without the exclamation mark.
Searched: Saved texts of Lucy Mallory's journal (vols. II-VI, XIV-XXII), Coit, Southgate (both books), Tileston, Henry George (four works), Parker, Crosby (three other books), and Davidson's Four Precursors, for 'accumulated labo(u)r', 'accumulating', and 'division of labo(u)r'; archive.org full-text search for 'another the accumulating', 'the other the accumulating', 'does the accumulating', 'another the accumulation', and 'labo(u)r and another the accumulation'; web searches of 'accumulated labour' with 'division of labour' and 'one man does the labour'; the Jubilee commentary in vols. 42 and 45 (no source given).
Праведное богатство может быть только среди людей достаточных. Там же, где, как у нас, на каждого богача приходятся сотни бедных, нельзя быть праведно богатым.
Righteous wealth can exist only among people who have enough. But where, as with us, there are hundreds of poor for every rich person, it is impossible to be righteously rich.
Tolstoy TodayТолстой сегодня · tolstoytoday.org/march/19