24Mayмая · 24-е мая
Бог не есть любовь. Любовь есть только одно из проявлений бога в человеке.
God is not love. Love is only one of the manifestations of God in people.
Translation note. “God is love” is the wording of 1 John 4:8 and 4:16.
1. Что мы любим детей божиих, узнаем из того, когда любим бога и соблюдаем заповеди его. Ибо это есть любовь к богу, чтобы мы соблюдали заповеди его. И заповеди его не тяжки.
1. We know that we love the children of God by this: when we love God and keep his commandments. For this is the love of God, that we keep his commandments. And his commandments are not burdensome.
From 1 John · close to the original .
The Russian Bible (Synodal translation)Что мы любим детей Божиих, узнаём из того, когда любим Бога и соблюдаем заповеди Его.
Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его; и заповеди Его нетяжки.
Source text: ru.wikisource.orgIn English · King James Version, 1611By this we know that we love the children of God, when we love God, and keep his commandments.
For this is the love of God, that we keep his commandments: and his commandments are not grievous.
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньЧто мы любим детей божиих, — узнаем из того, когда любим бога и соблюдаем заповеди его.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. 1 John, 5:2–3.
The Synodal text word for word, with «не тяжки» for «нетяжки», a full stop for the semicolon before the last clause, and the divine names in lower case. Thoughts of Wise Men (1903), March 28, printed the same verses with a dash after «детей божиих».
2. Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил его: какая первая из всех заповедей?
Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: слушай, израиль! Господь бог наш есть господь единый. И возлюби господа бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостью твоей: вот первая заповедь.
Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной, большей сих, заповеди нет.
2. One of the scribes, hearing their dispute and seeing that Jesus had answered them well, came up and asked him: Which is the first of all the commandments?
Jesus answered him: The first of all the commandments is: Hear, O Israel! The Lord our God is one Lord. And love the Lord your God with all your heart, and with all your soul, and with all your understanding, and with all your strength: this is the first commandment.
The second is like it: Love your neighbor as yourself. There is no other commandment greater than these.
From Mark · close to the original .
The Russian Bible (Synodal translation)Один из книжников, слыша их прения и видя, что ''Иисус'' хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей?
Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; …
… и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, — вот первая заповедь!
Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной большей сих заповеди нет.
Source text: ru.wikisource.orgIn English · King James Version, 1611And one of the scribes came, and having heard them reasoning together, and perceiving that he had answered them well, asked him, Which is the first commandment of all?
And Jesus answered him, The first of all the commandments is, Hear, O Israel; The Lord our God is one Lord: …
And thou shalt love the Lord thy God with all thy heart, and with all thy soul, and with all thy mind, and with all thy strength: this is the first commandment.
And the second is like, namely this, Thou shalt love thy neighbour as thyself. There is none other commandment greater than these.
Source text: gutenberg.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Mark, 12:28–31.
The Synodal text word for word, with «душою» for «душею» and «крепостью твоей» for «крепостию твоею», a full stop for the semicolon at the end of verse 29, a colon and a full stop for the dash and exclamation mark of verse 30, «Иной, большей сих, заповеди нет» with commas, and the divine names and «израиль» in lower case.
Translation note. Tolstoy’s wording; the KJV has “with all thy mind” where he has «разумением», understanding.
3. Эпикурейство приводит к отчаянию. Философия долга менее безотрадна. Но спасение заключается в согласии долга и счастья, в соединении личной воли с волей божественной, в вере, что эта высшая воля управляема любовью.
3. Epicureanism leads to despair. The philosophy of duty is less bleak. But salvation lies in the harmony of duty and happiness, in the union of the personal will with the divine will, in the faith that this higher will is governed by love.
From Fragments d'un journal intime · close to the original .
Original · FrenchL'épicuréisme aboutit au désespoir. La philosophie du devoir est moins désolante. Mais le salut est dans la conciliation du devoir et du bonheur, dans l'union de la volonté individuelle avec la volonté divine, dans la foi que cette volonté suprême est dirigée par l'amour.
Source text: archive.orgIn English · Mrs. Humphry Ward, 1885Epicurism must end in despair. The philosophy of duty is less depressing. But salvation lies in the conciliation of duty and happiness, in the union of the individual will with the divine will, and in the faith that this supreme will is directed by love.
Source text: gutenberg.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Fragments d'un journal intime, Journal, 8 décembre 1869 (7th ed., Geneva 1897, t. II, p. 74); Ward's translation, December 8, 1869.
Word for word; 'dirigée par l'amour' (directed by love) becomes «управляема любовью». In Amiel the sentences follow his account of the Buddhist wish not to be reborn, which he calls 'la dernière conséquence de la philosophie du bonheur'.
4. Человеколюбие включает справедливость.
4. Love of humanity includes justice.
Probably from Réflexions et maximes · reworded by Tolstoy .
Not in Leo Tolstoy as EditorNo maxim of Vauvenargues says that love of humanity includes justice; the nearest, maxim 28, “On ne peut être juste, si on n’est humain,” makes humanity a condition of justice, so the source is only a candidate.
Tolstoy’s own version · Избранные мысли Лабрюйера, с прибавлением избранных афоризмов и максим Ларошфуко, Вовена…Нельзя быть справедливым, не быв человечным.
Source text: tolstoy.ruDetails
A likely source, not certain. Réflexions et maximes, Maxim 28 (Œuvres, ed. D.-L. Gilbert, Paris, 1857).
No maxim of Vauvenargues says that humanity includes justice. The nearest is maxim 28, 'On ne peut être juste, si on n'est humain' (one cannot be just without being humane), which Rusanov's selection, revised by Tolstoy in 1907, renders «Нельзя быть справедливым, не быв человечным». If it is the source, the Circle turns it round: Vauvenargues makes humanity a condition of justice, «Человеколюбие включает справедливость» makes justice a part of love of mankind. Searched: Réflexions et maximes 1–330 (Gilbert's text), the three volumes of Vauvenargues's Œuvres morales (1874) for 'justice' with 'humanité' or 'humain', Boiste's Dictionnaire universel (1851, which prints maxim 28 under his name), and web searches in French and English.
5. Мудрец сказал: мое учение просто, и смысл его легко постигнуть. Оно всё состоит в том, чтобы любить ближнего, как самого себя.
5. The sage said: My teaching is simple, and its meaning is easy to grasp. It consists wholly in loving one’s neighbor as oneself.
Chinese wisdom [Confucius and Zengzi].
From Analects · shortened by Tolstoy .
What Tolstoy read · G. Pauthier, Confucius et Mencius: Les quatre livres de philosophie morale et politique …Aussi disait-il à ses disciples: «_Ma doctrine est simple et facile à pénétrer_
La doctrine de notre maître consiste uniquement à posséder la droiture du cœur et à aimer son prochain comme soi-même …
15. Le Philosophe dit: _San!_ (nom de _Thsêng-tseu_) ma doctrine est simple et facile à pénétrer.
La doctrine de notre maître consiste uniquement à avoir la droiture du cœur et à aimer son prochain comme soi-même …
Source text: gutenberg.orgIn English · James Legge, 1861The Master said, 'Shan, my doctrine is that of an all-pervading unity.'
Tsang said, 'The doctrine of our master is to be true to the principles of our nature and the benevolent exercise of them to others,-- this and nothing more.'
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньМудрец сказал: мое учение просто, и смысл его легко проникнуть. Оно всё состоит в том, чтобы любить ближнего, как самого себя.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Analects (Lunyu), IV.15 (Legge IV.xv; Pauthier IV.15).
Pauthier's French, as in Thoughts of Wise Men (1903), 17 August, where Tolstoy names the Lun-yu; the Circle has «постигнуть» (grasp) for «проникнуть» (Pauthier's 'pénétrer'). Two speakers are joined: Confucius's 'San! ma doctrine est simple et facile à pénétrer', and the explanation his disciple Zengzi (Thsêng-tseu) gives the others after Confucius has gone out, 'la doctrine de notre maître consiste uniquement à avoir la droiture du cœur et à aimer son prochain comme soi-même'. «Оно всё состоит» puts Zengzi's words in the sage's mouth, and 'la droiture du cœur' (uprightness of heart) is left out. Pauthier's introduction sets the two sentences side by side ('Aussi disait-il à ses disciples … Sur quoi l'un d'eux ajoutait'), which may be where Tolstoy took them. Both readings are Pauthier's: the Chinese has 'my way has one thread running through it' (吾道一以貫之) and 'the master's way is loyalty and reciprocity (忠恕), nothing more' (Legge: 'to be true to the principles of our nature and the benevolent exercise of them to others'); 'aimer son prochain comme soi-même' is Pauthier's rendering of 恕. The first sentence is Confucius's, the second Zengzi's.
6. Цель жизни есть проникновение всех ее явлений любовью, есть медленное, постепенное претворение злой жизни в добрую, — есть творчество истинной жизни (потому что истинная жизнь есть только жизнь любовная), есть рождение истинной, т. е. любовной жизни.
6. The aim of life is the permeation of all its phenomena by love; it is the slow, gradual transmutation of an evil life into a good one — it is the creation of true life (because true life is only a loving life); it is the birth of true, that is, of loving, life.
7. Доброта есть нечто самобытное и действительное. Сколько в человеке доброты, столько в нем и жизни. Сознание этого закона законов пробуждает в душе чувство, которое мы называем религиозным и которое составляет наше высшее счастье.
7. Kindness is something self-existent and real. As much kindness as there is in a man, so much life is there in him. The consciousness of this law of laws awakens in the soul a feeling that we call religious and that makes up our highest happiness.
From An Address delivered before the Senior Class in Divinity College, Cambridge, Sunday even… · shortened by Tolstoy .
Emerson’s own wordsBenevolence is absolute and real. So much benevolence as a man hath, so much life hath he.
The perception of this law of laws awakens in the mind a sentiment which we call the religious sentiment, and which makes our highest happiness.
Source text: gutenberg.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. An Address delivered before the Senior Class in Divinity College, Cambridge, Sunday evening, 15 July 1838 (the Divinity School Address), in Nature, Addresses, and Lectures, Two places a paragraph apart, early in the address: 'Benevolence is absolute and real' (paragraph beginning 'These facts have always suggested to man the sublime creed'), and the opening of the next paragraph, 'The perception of this law of laws'; in Miscellanies, Embracing Nature, Addresses, and Lectures (Boston, 1856).
Shortened, each sentence kept close. Tolstoy takes 'Benevolence is absolute and real. So much benevolence as a man hath, so much life hath he.' and joins to it the first sentence of the next paragraph, 'The perception of this law of laws awakens in the mind a sentiment which we call the religious sentiment, and which makes our highest happiness.' He leaves out the four sentences between, on the one spirit from which all things proceed and on the strength a man has while he seeks good ends; in Tolstoy 'this law of laws' is the law that a man has as much life as he has goodness. 'Benevolence' is 'goodness' (Доброта), 'absolute' is 'self-subsistent' (самобытное), and 'in the mind' is 'in the soul' (в душе). Emerson's sentences are printed here, the two places joined; the reviewer may keep Tolstoy's version because of the cut.
8. Для того чтобы быть счастливым, надо одно — любить и любить с самоотвержением, любить всех и всё, раскидывать на все стороны паутину любви: кто попадется, того и брать.
8. To be happy, one thing is needed — to love, and to love with self-denial, to love everyone and everything, to spread a spider’s web of love on every side: take whoever is caught in it.
9. Кто из живых людей не знает того блаженного чувства, хоть раз испытанного и чаще всего в самом раннем детстве, при котором хочется любить всех: и близких, и отца, и мать, и братьев, и злых людей, и врагов, и собаку, и лошадь, и травку; хочется одного, чтобы всем было хорошо, чтобы все были счастливы, и еще более хочется того, чтобы самому сделать так, чтобы всем было хорошо, самому отдать себя, всю свою жизнь на то, чтобы всегда всем было хорошо и радостно. Это-то и есть и это одно есть та любовь, в которой жизнь человека.
9. Who among living people does not know that blissful feeling, experienced at least once, and most often in earliest childhood, when you want to love everyone: those close to you, and your father, and your mother, and your brothers, and wicked people, and enemies, and the dog, and the horse, and the grass; you want one thing, that everyone should be well, that everyone should be happy, and still more you want to bring it about yourself that everyone is well, to give yourself, your whole life, so that everyone may always be well and glad. This indeed, and this alone, is the love in which human life lies.
10. Если есть в тебе силы деятельности, то пусть деятельность твоя будет любовна; если нет сил и ты слаб, то слабость твоя пусть будет любовная.
10. If you have the strength for activity, let your activity be loving; if you have no strength and are weak, let your weakness be loving.
11. Добродетель человеколюбия недалеко от нас: стоит только пожелать иметь человеколюбие, и оно само придет к тебе.
Очисти свою душу от всего засоряющего ее, и останется одна любовь. И любовь эта, отыскивая для себя предмет, не удовольствуется тобою, а изберет предметом всё живое и то, что живит живое, — бога.
11. The virtue of love of humanity is not far from us: you need only wish to have love of humanity, and it will come to you of itself.
Cleanse your soul of everything that clutters it, and love alone will remain. And this love, seeking an object for itself, will not be content with you, but will choose for its object everything living, and that which gives life to the living — God.
Tolstoy TodayТолстой сегодня · tolstoytoday.org/may/24