30Marchмарта · 30-е марта
Истинная доброта — не только добродетель и радость, но и орудие борьбы, гораздо более могущественное, чем насилие.
True kindness is not only a virtue and a joy, but also an instrument of struggle, far more powerful than violence.
1. Правда, что трудно быть добрым с человеком порочным, лживым, особенно с тем, кто оскорбляет нас, но с ним-то, с этим именно человеком и нужно быть добрым и для него и для себя.
1. It is true that it is hard to be kind to people who are depraved and deceitful, especially to those who insult us; but it is to them, to these very people, that we must be kind, both for their sake and for our own.
2. Тогда Петр приступил к нему и сказал: Господи, сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня, до семи ли раз?
Иисус говорит ему: не говорю тебе до семи, но до семижды семидесяти раз.
2. Then Peter came to him and said: Lord, how many times am I to forgive my brother who sins against me, up to seven times?
Jesus says to him: I do not say to you up to seven times, but up to seven times seventy.
From Matthew · close to the original .
The Russian Bible (Synodal translation)Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?
Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз.
Source text: ru.wikisource.orgIn English · King James Version, 1611Then came Peter to him, and said, Lord, how oft shall my brother sin against me, and I forgive him? till seven times?
Jesus saith unto him, I say not unto thee, Until seven times: but, Until seventy times seven.
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньТогда Петр приступил к нему и сказал: «Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? До семи ли раз?» Иисус говорит ему: «Не говорю тебе — до семи, но до семижды семидесяти раз».
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Matthew, 18:21–22.
The Synodal text with «семижды» for the Synodal «седмижды» (seventy times seven), as in Tolstoy's Thoughts of Wise Men (1903), February 15, a comma for the exclamation mark after «Господи» and for the question mark after «против меня», and no colon after «не говорю тебе».
Translation note. The Russian italic is broken only at the commas; each verse is set here as one span. The KJV has “Lord, how oft shall my brother sin against me, and I forgive him? till seven times?” and “Until seventy times seven”; Tolstoy keeps the Russian Bible’s order, “seven times seventy”.
3. Если ты знаешь, как надо жить людям для их блага, и желаешь добра людям, то будешь высказывать им это и высказывать так, чтобы они поверили тебе. Для того же, чтобы они поверили тебе и поняли тебя, тебе надо постараться передавать твои мысли спокойно и с добротой.
А между тем, как часто мы поступаем как раз наоборот. Мы хорошо умеем беседовать с человеком, согласным или почти согласным с нами; когда же мы видим, что собеседник наш не верит в ту истину, которую мы признаем, или даже не понимает ее и, несмотря на наши усилия объяснить ему, он продолжает не соглашаться с нами и, как нам кажется, упрямится или извращает наши слова, то как легко мы теряем наше спокойствие и раздражаемся! Мы или начинаем сердиться и говорить нашему собеседнику неприятности, или прекращаем разговор, думая, что с таким непонятливым или упрямым человеком не стоит и рассуждать.
Когда ты хочешь показать твоему собеседнику в разговоре какую-нибудь истину, то самое главное при этом — не раздражаться и не сказать ни одного недоброго или обидного слова.
3. If you know how people ought to live for their own good, and you wish people well, you will tell them so, and tell them in such a way that they will believe you. And for them to believe you and understand you, you must try to convey your thoughts calmly and with kindness.
And yet how often we do just the opposite. We know well how to converse with a man who agrees, or almost agrees, with us; but when we see that the person we are talking with does not believe in the truth we acknowledge, or does not even understand it, and, despite our efforts to explain it to him, goes on disagreeing with us and, as it seems to us, is being stubborn or twisting our words, how easily we lose our calm and grow irritated! Either we begin to get angry and say unpleasant things to the person we are talking with, or we break off the conversation, thinking that it is not even worth reasoning with so dull or stubborn a man.
When you want to show the person you are talking with some truth, the most important thing is not to grow irritated and not to say a single unkind or hurtful word.
From Discourses · reworded by Tolstoy .
What changedAdds a first paragraph of Tolstoy’s own, to tell people how to live “calmly and with kindness”; the “illiterate man” becomes anyone who does not believe “the truth we acknowledge,” and Socrates’ way, “never to be irritated in argument,” becomes a rule for the reader. †
† An intermediate translation may have made this change.
Original · Ancient Greek… δὸς γοῦν ᾧ θέλεις ἡμῶν ἰδιώτην τινὰ τὸν προσδιαλεγόμενον· καὶ οὐχ εὑρίσκει χρήσασθαι αὐτῷ, …
… οὐκέτι δύναται μεταχειρίσασθαι, ἀλλʼ ἢ λοιδορεῖ λοιπὸν ἢ καταγελᾷ …
… καὶ σὺ δεῖξον αὐτῷ τὴν ἀλήθειαν καὶ ὄψει ὅτι ἀκολουθεῖ.
… τὸ πρῶτον δὲ τοῦτο καὶ μάλιστα ἴδιον Σωκράτους μηδέποτε παροξυνθῆναι ἐν λόγῳ, μηδέποτε λοίδορον προενέγκασθαι μηδέν, μηδέποθʼ ὑβριστικόν, ἀλλὰ τῶν λοιδορούντων ἀνέχεσθαι καὶ παύειν μάχην.
Source text: raw.githubusercontent.comIn English · George Long, 1877Only give to any of us, whom you please, an illiterate man to discuss with, and he can not discover how to deal with the man.
But when he has moved the man a little, if he answers beside the purpose, he does not know how to treat him, but he then either abuses or ridicules him, and says, He is an illiterate man; it is not possible to do any thing with him.
Now this was the first and chief peculiarity of Socrates, never to be irritated in argument, never to utter any thing abusive, any thing insulting, but to bear with abusive persons and to put an end to the quarrel.
Source text: raw.githubusercontent.comTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньЕсли ты истинно веришь в справедливость твоего понимания жизни и желаешь добра людям, то, при случае, ты будешь высказывать другим свои мнения так, чтобы по возможности уверить твоих собеседников в справедливости твоего понимания жизни.
А между тем как часто мы поступаем как раз наоборот.
Когда ты хочешь показать твоему собеседнику в разговоре какую-нибудь истину, то самое главное при этом — не раздражаться и не сказать ни одного недоброго или обидного слова.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Discourses, II.12.1–4 and 14.
Reworked from Thoughts of Wise Men (1903), July 12: Tolstoy rewrote the first paragraph, shortened the second a little, and kept the third. The passage retells Discourses II.12 freely. Epictetus: give any of us an illiterate man to talk with, and when the man "answers beside the purpose" we "either abuse or ridicule him, and say, He is an illiterate man; it is not possible to do any thing with him", where a guide would lead a lost man back to the road; show him the truth and he will follow. Socrates' first mark was "never to be irritated in argument, never to utter any thing abusive, any thing insulting". Tolstoy's second paragraph makes the illiterate man anyone who does not believe or understand «ту истину, которую мы признаем» (the truth we profess), and his third turns Socrates' practice into a rule for the reader: «самое главное при этом — не раздражаться и не сказать ни одного недоброго или обидного слова». The first paragraph (whoever knows how people should live for their good, and wishes them good, will tell them so calmly and kindly, that they may believe) is Tolstoy's own. The guide, Socrates' method of questioning, and his example on envy are dropped. The 1903 Epictetus came from Chertkov's «Римский мудрец Эпиктет» (Посредник, 1889), not seen.
4. Если ты заметил в ком-либо ошибку, поправь его кротко и укажи ему, в чем он ошибся. Если же он не слушает тебя, вини одного себя или, еще лучше, никого не вини, а продолжай быть кротким.
4. If you have noticed a mistake in someone, correct him gently and show him where he went wrong. But if he does not listen to you, blame yourself alone, or, better still, blame no one, but go on being gentle.
From Meditations · reworded by Tolstoy .
What changed“If thou art not able” becomes “if he does not listen to you,” which moves the failure from the one who corrects to the one corrected, and “but go on being gentle” is added.
Original · Ancient GreekΕἰ μὲν σφάλλεται, διδάσκειν εὐμενῶς καὶ τὸ παρορώμενον δεικνύναι. εἰ δὲ ἀδυνατεῖς, σεαυτὸν αἰτιᾶσθαι ἢ μηδὲ σεαυτόν.
Source text: raw.githubusercontent.comIn English · George Long, 1862If a man is mistaken, instruct him kindly and show him his error. But if thou art not able, blame thyself, or blame not even thyself.
Source text: gutenberg.orgTolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньЕсли ты заметил в ком-либо ошибку, поправь его кротко и укажи ему, в чем он ошибся. Если твоя попытка остается безуспешна, вини одного себя или, еще лучше, никого не вини, а продолжай быть кротким.
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Meditations, X.4.
Reworked from Thoughts of Wise Men (1903), February 15. Marcus: "If a man is mistaken, instruct him kindly and show him his error. But if thou art not able, blame thyself, or blame not even thyself." Tolstoy adds the opening «Если ты заметил в ком-либо ошибку» (if you have noticed a mistake in someone) and the close «а продолжай быть кротким» (and go on being meek). Marcus's "if thou art not able" became «Если твоя попытка остается безуспешна» (if your attempt fails) in 1903 and is here «Если же он не слушает тебя» (if he does not listen to you), which moves the failure from the one who corrects to the one corrected.
Если ты разошелся с человеком, если он недоволен тобой, если он не согласился с тобой, когда ты был прав, виноват не он, а наверное ты тем, что ты не был добр, когда имел с ним дело.
If you have fallen out with people, if they are displeased with you, if they did not agree with you when you were right, it is not they who are to blame, but surely you, for not having been kind when you dealt with them.
Tolstoy TodayТолстой сегодня · tolstoytoday.org/march/30