RodРод
3 passagesотрывков: 3
Each date opens its day beside the list, with these passages marked.Каждая дата открывает свой день рядом со списком, где отрывки этого автора отмечены.
5. Уничтожь один порок, а десять исчезнут.
5. Destroy one vice, and ten will vanish.
Rod.
Source not found yet (more).
Tolstoy’s own version · Мысли мудрых людей на каждый деньУничтожь один порок, а десять исчезнут.
Source text: tolstoy.ruDetails
Not found yet.
The Circle repeats Tolstoy's Thoughts of Wise Men (1903), May 24, word for word. The commentary of Jubilee vol. 40 says Rod's saying there, with others by writers Tolstoy quoted once or twice, was taken from the «Иллюстрированный настольный календарь т-ва «Просвещение» на 1902 год», which was not found online. The Jubilee name index identifies «Род» as Édouard Rod (1857–1910). No French original was found in Rod or elsewhere.
Searched: Jubilee vols. 40 and 42; web searches for the French ('un vice' with 'dix' and 'disparaîtront') and the English ('one vice' with 'ten'); Southgate's Many Thoughts of Many Minds for 'one vice'.
1. Мысль с ужасом останавливается перед неизбежно ожидающей нас в конце века катастрофой, и надо приготавливаться к ней. В продолжение 20 лет (теперь уже более 50) все усилия знания истощаются на то, чтобы изобретать орудия разрушения, и скоро будет достаточно нескольких пушечных выстрелов, чтобы уничтожить целую армию. Под ружьем теперь уже не так, как прежде, несколько тысяч продажных бедняков, но народы, целые народы готовятся убивать друг друга. Для того, чтобы приготовить их к убийству, разжигают их ненависть, уверяя их, что их ненавидят, и кроткие люди верят этому, и вот-вот толпы мирных граждан, получив нелепое приказание убивать друг друга, бог знает из-за какого смешного распределения границ или каких-нибудь торговых, колониальных интересов, бросятся друг на друга с жестокостью диких зверей.
И пойдут они, как бараны, на бойню, зная, на что они идут, зная, что они оставляют своих жен, что дети их будут голодать, но они будут идти, до такой степени опьяненные звучными и лживыми словами, до такой степени обманутые, что, воображая, что бойня составляет их обязанность, будут просить бога благословить их кровавые дела. И будут они идти, растаптывая урожаи, которые они сеяли, сжигая города, которые они строили, с восторженным пением, криками радости, праздничной музыкой, будут идти без возмущения, покорные и смиренные, несмотря на то, что в них сила, и что если бы они могли согласиться, они установили бы здравый смысл и братство вместо диких хитростей дипломатов.
1. Thought halts in horror before the catastrophe that inevitably awaits us at the end of the century, and we must prepare ourselves for it. For 20 years (now more than 50) all the efforts of knowledge have been spent on inventing instruments of destruction, and soon a few cannon shots will be enough to wipe out a whole army. Now it is not, as before, a few thousand poor hirelings who are under arms, but nations, whole nations, that are preparing to kill one another. To prepare them for murder, their hatred is inflamed by assuring them that they are hated, and gentle people believe it; and any moment now crowds of peaceful citizens, having received the absurd order to kill one another over God knows what ridiculous drawing of frontiers or some commercial or colonial interests, will hurl themselves at one another with the ferocity of wild beasts.
And they will go like sheep to the slaughter, knowing what they are going to, knowing that they are leaving their wives, that their children will go hungry; yet they will go, so intoxicated with sonorous and lying words, so deceived, that, imagining that the slaughter is their duty, they will ask God to bless their bloody deeds. And they will go on, trampling the harvests they sowed, burning the towns they built, with rapturous singing, with shouts of joy, with festive music; they will go without rebelling, submissive and humble, although the strength is in them, and although, if they could agree among themselves, they would establish common sense and brotherhood in place of the savage wiles of diplomats.
Rod.
From Le Sens de la vie · reworded by Tolstoy (more).
What changed“Il faut s’y habituer pourtant,” yet one must get used to it, becomes “we must prepare ourselves for it,” and “leurs sanguinaires appétits,” their bloodthirsty appetites, become “their bloody deeds”; after Rod’s twenty years Tolstoy adds “(now more than 50).”
What Tolstoy read · Jean Grave, Guerre-MilitarismeLa pensée recule devant une catastrophe qui apparaît au haut du siècle comme le terme du progrès de notre ère, et il faut s'y habituer pourtant ; …
… alors qu'ils sont la masse et la force, et qu'ils pourraient s'ils savaient s'entendre, …
Ils marcheront tellement trompés, tellement dupes, qu'ils croiront le carnage un devoir et demanderont à Dieu de bénir leurs sanguinaires appétits.
Source text: archive.orgOriginal · FrenchLa pensée recule devant une catastrophe qui apparaît au bout du siècle comme le terme du progrès de notre ère, — et il faut s'y habituer pourtant : depuis vingt ans, toutes les forces du savoir s'épuisent à inventer des engins de destruction, et bientôt quelques coups de canon suffiront pour abattre une armée; …
… on a mis sous les armes, non plus, comme autrefois, quelques milliers de pauvres diables dont on payait le sang, mais des peuples entiers qui vont s'entr'égorger; …
… alors qu'ils sont la masse et la force, et qu'ils seraient le pouvoir s'ils voulaient, et qu'ils pourraient, s'ils savaient s'entendre, établir le bon sens et la fraternité à la place des roueries sauvages de la diplomatie.
Ils marcheront, piétinant les récoltes qu'ils ont semées, brûlant les villes qu'ils ont construites, avec des chants d'enthousiasme, des cris de joie, des musiques de fêtes.
Source text: archive.orgTolstoy’s own version · Одумайтесь!В продолжение 20 лет (теперь уже более 40) все усилия знания истощаются на то, чтобы изобретать орудия разрушения, и скоро будет достаточно нескольких пушечных выстрелов, чтобы уничтожить целую армию; …
Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. Le Sens de la vie (1889), chapter «Altruisme», Paris: Perrin, 1897 printing, pp. 209–211; Grave, Guerre-Militarisme (1902), pp. 127–128.
The Circle repeats, with small changes, Tolstoy's own translation of this passage, the first epigraph of chapter V of «Одумайтесь!» (1904), which he took from Grave's anthology (Jubilee vol. 36 commentary). Grave's text leaves out Rod's clause 'et qu'ils seraient le pouvoir s'ils voulaient' (and that they would be the power if they wished), and so does the Russian. Tolstoy rearranged Rod's order: Rod has the marchers go 'sans révolte, passifs et résignés' (without revolt, passive and resigned) though they could establish good sense and fraternity, then so deceived that they ask God to bless their 'sanguinaires appétits', then trampling the harvests; the Russian puts the deceived marchers and the trampled harvests first and ends with «будут идти без возмущения, покорные и смиренные... установили бы здравый смысл и братство вместо диких хитростей дипломатов». Changed words: 'il faut s'y habituer pourtant' (yet one must get used to it) becomes «надо приготавливаться к ней» (one must prepare for it); 'leurs sanguinaires appétits' (their bloodthirsty appetites) becomes «их кровавые дела» (their bloody deeds). Left out: 'on leur vole leur temps pour leur voler plus sûrement leur vie' (their time is stolen, the better to steal their life) and Rod's last sentence, 'Et leurs fils élèveront des statues à ceux qui les auront le mieux massacrés!' (and their sons will raise statues to those who best massacred them). Added: after Rod's 'depuis vingt ans' (for twenty years) Tolstoy puts «(теперь уже более 50)» (now more than fifty); in 1904 it read «более 40». Tolstoy had translated a longer stretch of the same chapter, differently, in «Царство божие внутри вас» (1893, chapter VI; Jubilee vol. 28). No English translation of Le Sens de la vie was found.
1. Есть много традиционных истин, которые кажутся нам вероятными только потому, что мы никогда серьезно не подумали о них.
1. There are many traditional truths that seem probable to us only because we have never seriously thought about them.
Rod.
Source not found yet (more).
Not found yet.
Not found. The Jubilee name index (vol. 42) identifies «Род» as Édouard Rod (1857–1910), French-Swiss novelist and moralist. The thought (many traditional truths seem probable to us only because we have never seriously thought about them) is not in Le Sens de la vie (1889), the source of July's Rod (7-6.1, through Grave's anthology). Rod's other saying in the Circle (April 11) came through Thoughts of Wise Men (1903) from the «Иллюстрированный настольный календарь т-ва «Просвещение» на 1902 год» (Jubilee vol. 40), which is not online; this one is not in Thoughts of Wise Men.
Searched: Le Sens de la vie (saved, 1897 printing) for 'traditionnel', 'vraisemblable', 'jamais réfléchi', and 'sérieusement'; Jubilee vols. 40, 42, 43, and 45; web searches for 'vérités traditionnelles' with Rod's name.