XenophonКсенофонт
3 passagesотрывков: 3
Each date opens its day beside the list, with these passages marked.Каждая дата открывает свой день рядом со списком, где отрывки этого автора отмечены.
1. Сократ постоянно указывал своим ученикам на то, что при правильно поставленном образовании в каждой науке надо доходить только до известного предела, который не следует переступать. По геометрии, говорил он, достаточно знать настолько, чтобы при случае быть в силах правильно измерить кусок земли, который продаешь или покупаешь, или чтоб разделить на части наследство, или чтоб суметь распределить работу рабочим. «Это так легко, — говорил он, — что при небольшом старании не будешь затрудняться ни над каким измерением, хотя бы пришлось размерять всю землю». Но он не одобрял увлечения большими трудностями в этой науке, и хотя сам лично знал их, но говорил, что они могут занять всю жизнь человека и отвлечь его от других полезных наук, тогда как они ни к чему не нужны. По астрономии он находил желательным знать настолько, чтоб по небесным приметам узнавать часы ночи, дни месяца и времена года, уметь не потерять дорогу, держать направление в море и сменять сторожей. «Эта наука настолько легка, — прибавлял он, — что она доступна всякому охотнику, всем мореплавателям, вообще всякому, кто хочет сколько-нибудь ею заняться». Но доходить в ней до того, чтоб изучать различные орбиты, описываемые небесными телами, высчитывать величину планет и звезд, их отдаленность от земли, их движения и изменения, — это он крайне осуждал, потому что не видел в таких занятиях никакой пользы. Он был такого низкого мнения о них не по неведению, так как сам изучил эти науки, а потому, что не хотел, чтоб на излишние занятия тратилось время и силы, которые могли быть употреблены на самое нужное человеку: на его нравственное совершенствование.
Источник: «Воспоминания о Сократе» · слова изменены Толстым (подробнее).
Что измененоДругие полезные науки, от которых отвлекают эти занятия, заменены словами «на самое нужное человеку: на его нравственное совершенствование».
Подлинник · древнегреческий… ἐδίδασκε δὲ καὶ μέχρι ὅτου δέοι ἔμπειρον εἶναι ἑκάστου πράγματος τὸν ὀρθῶς πεπαιδευμένον. αὐτίκα γεωμετρίαν μέχρι μὲν τούτου ἔφη δεῖν μανθάνειν, ἕως ἱκανός τις γένοιτο, εἴ ποτε δεήσειε, γῆν μέτρῳ ὀρθῶς ἢ παραλαβεῖν ἢ παραδοῦναι ἢ διανεῖμαι ἢ ἔργον ἀποδείξασθαι· οὕτω δὲ τοῦτο ῥᾴδιον εἶναι μαθεῖν ὥστε τὸν προσέχοντα τὸν νοῦν τῇ μετρήσει ἅμα τήν τε γῆν ὁπόση ἐστὶν εἰδέναι καὶ ὡς μετρεῖται ἐπιστάμενον ἀπιέναι.
… τὸ δὲ μέχρι τῶν δυσσυνέτων διαγραμμάτων γεωμετρίαν μανθάνειν ἀπεδοκίμαζεν. ὅ τι μὲν γὰρ ὠφελοίη ταῦτα, οὐκ ἔφη ὁρᾶν· καίτοι οὐκ ἄπειρός γε αὐτῶν ἦν· ἔφη δὲ ταῦτα ἱκανὰ εἶναι ἀνθρώπου βίον κατατρίβειν καὶ ἄλλων πολλῶν τε καὶ ὠφελίμων μαθημάτων ἀποκωλύειν.
… ἐκέλευε δὲ καὶ ἀστρολογίας ἐμπείρους γίγνεσθαι, καὶ ταύτης μέντοι μέχρι τοῦ νυκτός τε ὥραν καὶ μηνὸς καὶ ἐνιαυτοῦ δύνασθαι γιγνώσκειν ἕνεκα πορείας τε καὶ πλοῦ καὶ φυλακῆς, …
… καὶ ταῦτα δὲ ῥᾴδια εἶναι μαθεῖν παρά τε νυκτοθηρῶν καὶ κυβερνητῶν καὶ ἄλλων πολλῶν οἷς ἐπιμελὲς ταῦτα εἰδέναι.
… τὸ δὲ μέχρι τούτου ἀστρονομίαν μανθάνειν, μέχρι τοῦ καὶ τὰ μὴ ἐν τῇ αὐτῇ περιφορᾷ ὄντα, καὶ τοὺς πλάνητάς τε καὶ ἀσταθμήτους ἀστέρας γνῶναι, καὶ τὰς ἀποστάσεις αὐτῶν ἀπὸ τῆς γῆς καὶ τὰς περιόδους καὶ τὰς αἰτίας αὐτῶν ζητοῦντας κατατρίβεσθαι, ἰσχυρῶς ἀπέτρεπεν. ὠφέλειαν μὲν γὰρ οὐδεμίαν οὐδʼ ἐν τούτοις ἔφη ὁρᾶν· καίτοι οὐδὲ τούτων γε ἀνήκοος ἦν· ἔφη δὲ καὶ ταῦτα ἱκανὰ εἶναι κατατρίβειν ἀνθρώπου βίον καὶ πολλῶν καὶ ὠφελίμων ἀποκωλύειν.
Текст источника: raw.githubusercontent.comВ английском переводе · H. G. Dakyns, 1897To take geometry as an instance: Every one (he would say) ought to be taught geometry so far, at any rate, as to be able, if necessary, to take over or part with a piece of land, or to divide it up or assign a portion of it for cultivation, …
But he was unable to approve of the pursuit of geometry up to the point at which it became a study of unintelligible diagrams.
These things, he would say, were enough to wear out a man's life, and to hinder him from many other more useful studies.
Every one should know enough of the science to be able to discover the hour of the night or the season of the month or year, for the purposes of travel by land or sea--the march, the voyage, and the regulations of the watch; …
As to pushing the study of astronomy so far as to include a knowledge of the movements of bodies outside our own orbit, whether planets or stars of eccentric movement, …
Текст источника: gutenberg.orgПодробности
Приведенные слова найдены дословно в сохраненном тексте источника. «Воспоминания о Сократе» (Memorabilia), IV.7.2–5.
Подробное примечание к источнику — на английском, на английской странице.
1. Socrates constantly pointed out to his pupils that in a rightly ordered education one should go in each science only up to a certain limit, which ought not to be overstepped. Of geometry, he said, it is enough to know so much as to be able, when occasion arises, to measure correctly a piece of land you are selling or buying, or to divide an inheritance into shares, or to be able to apportion work among laborers. “This is so easy,” he said, “that with a little effort you will not be at a loss over any measurement, even if you had to measure the whole earth.” But he did not approve of being carried away by the great difficulties of this science, and although he himself knew them, he said that they could take up a man’s whole life and draw him away from other useful sciences, whereas they serve no purpose at all. Of astronomy he thought it desirable to know so much as to tell from the signs in the sky the hours of the night, the days of the month, and the seasons of the year, to be able to keep from losing your way, to hold your course at sea, and to change the watch. “This science is so easy,” he added, “that it is within reach of every hunter, of all seafarers, and in general of anyone who cares to give it any attention.” But to go so far in it as to study the various orbits described by the heavenly bodies, to calculate the size of the planets and stars, their distance from the earth, their motions and changes — this he strongly condemned, because he saw no use in such pursuits. He held so low an opinion of them not from ignorance, since he had studied these sciences himself, but because he did not want time and strength to be spent on superfluous pursuits when they could be applied to what man needs most: his moral perfecting.
1. Сократ хотя и считал глупость несовместимой с мудростью, не называл невежество глупостью. Но не знать самого себя и воображать себе, что знаешь то, чего не знаешь, вот что он называл безумием.
Источник: Ксенофонт, «Воспоминания о Сократе» · близко к подлиннику (подробнее).
Что читал Толстой · Moralistes anciens, изд. Л. Эме-МартенаIl regardait bien la folie comme contraire à la sagesse, cependant il ne traitait pas l'ignorance de folie. Mais ne se pas connaître soi-même , et croire que l'on sait ce qu'on ignore, c'est, disait-il, toucher de près à la démence.
Текст источника: archive.orgПодлинник · древнегреческий… μανίαν γε μὴν ἐναντίον μὲν ἔφη εἶναι σοφίᾳ, οὐ μέντοι γε τὴν ἀνεπιστημοσύνην μανίαν ἐνόμιζε· τὸ δὲ ἀγνοεῖν ἑαυτὸν καὶ ἃ μὴ οἶδε δοξάζειν τε καὶ οἴεσθαι γιγνώσκειν ἐγγυτάτω μανίας ἐλογίζετο εἶναι.
Текст источника: raw.githubusercontent.comВ английском переводе · H. G. Dakyns, 1897On the other hand, madness (he maintained) was the opposite to wisdom; not that he regarded simple ignorance as madness, (7) but he put it thus: for a man to be ignorant of himself, to imagine and suppose that he knows what he knows not, was (he argued), if not madness itself, yet something very like it.
Текст источника: gutenberg.orgПодробности
Приведенные слова найдены дословно в сохраненном тексте источника. Ксенофонт, «Воспоминания о Сократе» (Memorabilia), III.9.6.
Подробное примечание к источнику — на английском, на английской странице.
1. Although Socrates held foolishness to be incompatible with wisdom, he did not call ignorance foolishness. But not to know oneself, and to imagine that one knows what one does not know — that is what he called madness.
1. Сократ не имел столь обычной для ученых слабости толковать о всем существующем, отыскивать происхождение того, что софисты называют природой, и восходить до основных причин, от которых произошли небесные тела. «Неужели, — говорил он, — люди так много занимаются тем, что так мало касается человека потому, что считают, что постигли всё то, что важно человеку знать; или думают они, что можно пренебрегать теми вещами, которые подлежат нашему изучению, а углубляться в те тайны, которые не подлежат ему».
В особенности удивлялся он слепоте тех ложных ученых, которые не понимают того, что человеческий ум не может проникнуть в эти тайны. «Потому-то, — говорил он, — все эти люди, воображающие, что смеют толковать о них, далеко не сходятся в своих основных мнениях, и когда послушаешь их всех вместе, то кажется, что находишься среди сумасшедших. И действительно, какие отличительные признаки несчастных, одержимых безумием? Они боятся того, в чем нет ничего страшного, и не страшатся того, что действительно опасно».
Источник: Ксенофонт, «Воспоминания о Сократе» · сокращено Толстым (подробнее).
Что читал Толстой · Les Entretiens mémorables de Socrate, traduits du grec de Xénophon par M. Lévesque, т. IIl n’avoit pas la manie h commune d’embrafser dans Ces leçons tout ce qui exifte, de rechercher l’origine de ce que les fophiftes appellent la nature , & de remonter aux eau Ces nécefsaires qui ont donné naifsance aux corps céleftes.
Ces gens -là, demandoit-il, croient donc avoir épuisé tout ce qu’il importe à l’homme de lavoir , puisqu’ils s’occupent de ce …
… qui l’intérefse fi peu ; ou penfent-if$ qu’il nous foit permis d’abandonner les chofes que les dieux ont bien voulu nous foumettrc, pour approfondir les fecrets …
Il admiroit fur-tout l’aveuglement de ces faux fages qui ne fentcnt pas que l’efprit humain ne fauroit pénétrer ces myftcres. Audi , difoit-il, ceux qui fe piquent d’en parler le mieux sont bien loin de s’accorder entre eux fur leurs principes. Qu’on les voie enfcmble, on fe croiroit dans une afscmblée de fous. Quels fymptômes en effet remarquons-nous dans les malheureux atteints de folie ? Ils redoutent ce qui n’a rien de terrible, …
Текст источника: archive.orgПодлинник · древнегреческий… οὐδὲ γὰρ περὶ τῆς τῶν πάντων φύσεως, ᾗπερ τῶν ἄλλων οἱ πλεῖστοι, διελέγετο σκοπῶν ὅπως ὁ καλούμενος ὑπὸ τῶν σοφιστῶν κόσμος ἔχει καὶ τίσιν ἀνάγκαις ἕκαστα γίγνεται τῶν οὐρανίων, ἀλλὰ καὶ τοὺς φροντίζοντας τὰ τοιαῦτα μωραίνοντας ἀπεδείκνυε.
… καὶ πρῶτον μὲν αὐτῶν ἐσκόπει πότερά ποτε νομίσαντες ἱκανῶς ἤδη τἀνθρώπινα εἰδέναι ἔρχονται ἐπὶ τὸ περὶ τῶν τοιούτων φροντίζειν, ἢ τὰ μὲν ἀνθρώπινα παρέντες, τὰ δαιμόνια δὲ σκοποῦντες ἡγοῦνται τὰ προσήκοντα πράττειν.
… ἐθαύμαζε δʼ εἰ μὴ φανερὸν αὐτοῖς ἐστιν, ὅτι ταῦτα οὐ δυνατόν ἐστιν ἀνθρώποις εὑρεῖν· ἐπεὶ καὶ τοὺς μέγιστον φρονοῦντας ἐπὶ τῷ περὶ τούτων λέγειν οὐ ταὐτὰ δοξάζειν ἀλλήλοις, ἀλλὰ τοῖς μαινομένοις ὁμοίως διακεῖσθαι πρὸς ἀλλήλους.
… τῶν τε γὰρ μαινομένων τοὺς μὲν οὐδὲ τὰ δεινὰ δεδιέναι, τοὺς δὲ καὶ τὰ μὴ φοβερὰ φοβεῖσθαι, …
Текст источника: raw.githubusercontent.comВ английском переводе · H. G. Dakyns, 1897Indeed, in contrast to others he set his face against all discussion of such high matters as the nature of the Universe; how the "kosmos," as the savants (8) phrase it, came into being; (9) or by what forces the celestial phenomena arise. To trouble one's brain about such matters was, he argued, to play the fool.
He was astonished they did not see how far these problems lay beyond mortal ken; since even those who pride themselves most on their discussion of these points differ from each other, as madmen do.
For just as some madmen, he said, have no apprehension of what is truly terrible, others fear where no fear is; …
Текст источника: gutenberg.orgПодробности
Приведенные слова найдены дословно в сохраненном тексте источника. Ксенофонт, «Воспоминания о Сократе» (Memorabilia), I.1.11–14.
Подробное примечание к источнику — на английском, на английской странице.
1. Socrates did not have the weakness, so common among scholars, of discoursing on everything that exists, of searching out the origin of what the sophists call nature, and of ascending to the fundamental causes from which the heavenly bodies came into being. “Can it be,” he said, “that people busy themselves so much with what concerns man so little because they think they have grasped all that is important for man to know; or do they think that one may neglect the things that are open to our study and go deep into the mysteries that are not?”
He marveled especially at the blindness of those false scholars who do not understand that the human mind cannot penetrate these mysteries. “That is why,” he said, “all these people who imagine they are entitled to discourse on them are far from agreeing in their fundamental opinions, and when you listen to them all together, you seem to be among madmen. And indeed, what are the distinguishing marks of the unfortunates possessed by madness? They fear what has nothing fearful in it, and do not fear what is truly dangerous.”