The week’s reading, after September 1Недельное чтение после 1 сентября
Why Do People Stupefy Themselves?Для чего люди одурманиваются?
Для чего люди одурманиваются?
From the first chapter of Tolstoy’s own article “Why Do People Stupefy Themselves?” (1890), changed in two places.
В период сознательной жизни человек часто может заметить в себе два раздельные существа: одно — слепое, чувственное, и другое — зрячее, духовное. Слепое, животное существо ест, пьет, отдыхает, спит, плодится и движется, как движется заведенная машина; зрячее, духовное существо, связанное с животным, само ничего не делает, но только оценивает деятельность животного существа тем, что совпадает с ним, когда одобряет эту деятельность, и расходится с ним, когда не одобряет ее.
In the period of conscious life we can often notice in ourselves two separate beings: one blind, sensual, and the other seeing, spiritual. The blind, animal being eats, drinks, rests, sleeps, breeds, and moves, as a wound-up machine moves; the seeing, spiritual being, bound to the animal one, does nothing itself, but only appraises the activity of the animal being, by coinciding with it when it approves of this activity and diverging from it when it does not approve of it.
Зрячее существо это можно сравнить с стрелкою компаса, указывающею одним концом на север, другим на противоположный юг и прикрытою по своему притяжению пластинкою. Причем стрелка до тех пор не видна из-под пластинки, пока то, что несет на себе компас, двигается по направлению стрелки. Но как скоро то, что несет компас, отклоняется от указываемого стрелкою направления, так стрелка выступает из-под пластинки и становится видной.
This seeing being may be compared to a compass needle that points with one end to the north and with the other to the south opposite, and is covered along the line of its attraction by a plate. And the needle cannot be seen from under the plate so long as whatever carries the compass moves in the direction of the needle. But as soon as whatever carries the compass deviates from the direction the needle indicates, the needle comes out from under the plate and becomes visible.
Точно так же зрячее, духовное существо, проявление которого в просторечии мы называем совестью, всегда показывает одним концом на добро, другим, противоположным, на зло, и не видно нам до тех пор, пока мы не отклоняемся от даваемого им направления, т. е. от добра к злу. Но стоит сделать поступок, противный направлению совести, и появляется сознание духовного существа, указывающее отклонение животной деятельности от направления, указываемого совестью. И как мореход не мог бы продолжать работать веслами, машиной или парусом, зная, что он идет не туда, куда ему надо, до тех пор, пока он не дал бы своему движению направление, соответствующее стрелке компаса, или не скрыл бы от себя ее отклонение, так точно и всякий человек, почувствовав раздвоение своей совести с животной деятельностью, не может продолжать эту деятельность до тех пор, пока или не приведет ее в согласие с совестью, или не скроет от себя указаний совести о неправильности животной жизни.
In just the same way the seeing, spiritual being, whose manifestation we call, in plain speech, conscience, always points with one end to good and with the other, the opposite end, to evil, and is not visible to us so long as we do not deviate from the direction it gives, that is, from good to evil. But we need only do something contrary to the direction of conscience, and there appears the consciousness of the spiritual being, indicating the deviation of the animal activity from the direction indicated by conscience. And as seafarers could not go on working the oars, the engine, or the sail, knowing that they were not going where they needed to go, until they had given their motion a direction matching the compass needle, or had hidden its deviation from themselves, so too each of us, having felt the split between our conscience and our animal activity, cannot go on with this activity until we either bring it into agreement with conscience or hide from ourselves the indications of conscience that our animal life is wrong.
Вся жизнь людская, можно сказать, состоит только из этих двух деятельностей: 1) приведения своей деятельности в согласие с совестью и 2) скрывания от себя указаний своей совести для возможности продолжения жизни.
All human life, one may say, consists only of these two activities: 1) bringing our activity into agreement with conscience, and 2) hiding from ourselves the indications of our conscience so that we can go on living.
Одни делают первое, другие — второе. Для достижения первого есть один только способ: нравственное просвещение — увеличение в себе света и внимание к тому, что он освещает; для второго — для скрытия от себя указаний совести — есть два способа: внешний и внутренний. Внешний способ состоит в занятиях, отвлекающих внимание от указаний совести; внутренний состоит в затемнении самой совести.
Some do the first, others the second. For achieving the first there is only one way: moral enlightenment — the increase of light within ourselves and attention to what it illuminates; for the second — for hiding from ourselves the indications of conscience — there are two ways: an external and an internal. The external way consists in occupations that divert attention from the indications of conscience; the internal, in darkening conscience itself.
Как может человек скрыть от своего зрения находящийся пред ним предмет двумя способами: внешним отвлечением зрения к другим, более поражающим предметам, и засорением глаз, так точно и указания своей совести человек может скрыть от себя двояким способом: внешним — отвлечением внимания всякого рода занятиями, заботами, забавами, играми, и внутренним — засорением самого органа внимания. Для людей с тупым, ограниченным нравственным чувством часто вполне достаточно внешних отвлечений для того, чтобы не видеть указаний совести о неправильности жизни. Но для людей нравственно-чутких средств этих часто недостаточно.
As we can hide from our sight an object in front of us in two ways, by externally diverting our sight to other, more striking objects, and by putting dirt in our eyes, so too we can hide from ourselves the indications of our conscience in two ways: externally, by diverting our attention with all kinds of occupations, cares, amusements, and games, and internally, by putting dirt in the very organ of attention. For people with a dull, limited moral sense, external diversions are often quite enough to keep them from seeing the indications of conscience that their life is wrong. But for morally sensitive people these means are often not enough.
Внешние способы не вполне отвлекают внимание от сознания разлада жизни с требованиями совести, сознание это мешает жить, и люди, чтоб иметь возможность жить, прибегают к несомненному внутреннему способу затемнения самой совести, состоящему в отравлении мозга одуряющими веществами.
The external ways do not fully divert attention from the consciousness of the discord between life and the demands of conscience; this consciousness gets in the way of living, and people, so as to be able to live, resort to the sure internal way of darkening conscience itself, which consists in poisoning the brain with stupefying substances.
Жизнь не такова, какая бы она должна быть по требованиям совести. Повернуть жизнь сообразно этим требованиям — нет сил.
Life is not what, by the demands of conscience, it ought to be. To turn life in keeping with these demands — there is not the strength.
Развлечения, которые бы отвлекали от сознания этого разлада, недостаточны или они приелись. И вот для того, чтобы быть в состоянии продолжать жить, несмотря на указания совести о неправильности жизни, люди отравляют, на время прекращая его деятельность, тот орган, через который проявляются указания совести, так же как человек, умышленно засоривший глаза, скрыл бы от себя то, чего он не хотел бы видеть.
The entertainments that would divert attention from the consciousness of this discord are not enough, or they have palled. And so, in order to be able to go on living in spite of the indications of conscience that life is wrong, people poison the organ through which the indications of conscience are manifested, stopping its activity for a time, just as people who had deliberately put dirt in their eyes would hide from themselves what they did not wish to see.
Л. Н. Толстой.
Leo Tolstoy
From the first chapter of Tolstoy’s own article “Why Do People Stupefy Themselves?” (1890), changed in two places.
Where each paragraph came from
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
В период сознательной жизни человек часто может заметить в себе два раздельные существа: одно — слепое, чувственное, и другое — зрячее, духовное.Слепое животное существо ест, пьет, отдыхает, спит, плодится и движется, как движется заведенная машина; зрячее духовное существо, связанное с животным, само ничего не делает, но только оценивает деятельность животного существа тем, что совпадает с ним, когда одобряет эту деятельность, и расходится с ним, когда не одобряет ее.Source text: tolstoy.ruВъ періодъ сознательной жизни человѣкъ часто мо¬ жетъ замѣтить въ себѣ два раздѣльныя существа …Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word, with commas after «Слепое» and the second «зрячее», as in the 1906 printing. The reading begins here, in the middle of chapter I, after the sentence «Причина эта, насколько я умел понять ее ..., по моим наблюдениям, следующая».
From «Для чего люди одурманиваются?» · reworded by Tolstoy .
Зрячее существо это можно сравнить со стрелкой компаса, указывающей одним концом на Nord, …… и прикрытой по своему протяжению пластинкой, стрелкой, невидной до тех пор, пока то, что несет на себе стрелку, двигается по ее направлению, но выступающей и становящейся видной, как скоро то, что несет стрелку, отклоняется от указываемого ею направления.Source text: tolstoy.ruПри чемъ стрѣлка до тѣхъ поръ не видна изъ-подъ пластинки, пока то, что несетъ на себѣ компасъ, двигается по направленію стрѣлки.Но какъ скоро то, что несетъ компасъ, отклоняется отъ указываемаго •стрѣлкою направленія, такъ стрѣлка выступаетъ изъ-подъ пластинки и становится видной.Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
The same image, recast. Vol. 27 has one sentence: the needle «прикрытой по своему протяжению пластинкой, стрелкой, невидной до тех пор, пока то, что несет на себе стрелку, двигается по ее направлению, но выступающей и становящейся видной, как скоро то, что несет стрелку, отклоняется» (covered along its length by a plate, unseen as long as what carries the needle moves along its direction, but coming out and becoming visible as soon as it turns aside). The Circle makes it three sentences, «Причем стрелка до тех пор не видна из-под пластинки, пока то, что несет на себе компас, двигается по направлению стрелки. Но как скоро то, что несет компас, отклоняется от указываемого стрелкою направления, так стрелка выступает из-под пластинки и становится видной», in which the compass, not the needle, is carried and the needle comes out «из-под пластинки» (from under the plate). Vol. 27's «на Nord, другим на противоположный — Süd» is «на север, другим на противоположный юг», and «по своему протяжению» (along its length) is «по своему притяжению» (by its attraction), probably a misprint. The 1906 printing has the three sentences with «Nord», «Süd», and «протяженію», so the recasting was in the Circle's first edition, and «север», «юг», and «притяжению» came later. Vol. 27's words «стрелкой» and «но», which its commentary says Tolstoy wrote into the last copy after reading proof, are in neither.
From «Для чего люди одурманиваются?» · reworded by Tolstoy .
Точно так же зрячее духовное существо, проявление которого в просторечии мы называем совестью, всегда показывает одним концом на добро, другим — на противоположное зло и не видно нам до тех пор, пока мы не отклоняемся от даваемого им направления, т. е. от зла к добру.Но стоит сделать поступок, противный направлению совести, и появляется сознание духовного существа, указывающее отклонение животной деятельности от направления, указываемого совестью.… так точно и всякий человек, почувствовав раздвоение своей совести с животной деятельностью, не может продолжать эту деятельность до тех пор, пока или не приведет ее в согласие с совестью, или не скроет от себя указаний совести о неправильности животной жизни.Source text: tolstoy.ru… мы не отклоняемся отъ даваемаго имъ направленія, т.-е. отъ зла къ добру.Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word but in two places. The direction is reversed: vol. 27, and the 1906 printing, say we do not see the conscience until we turn from its direction «т. е. от зла к добру» (that is, from evil to good); the Circle has «т. е. от добра к злу» (from good to evil), which is what the next sentence requires. The change is not in the 1906 printing, so it was made in the second edition (1908) or by the editors of vol. 42. «другим, противоположным, на зло» is close to the first printing's «противоположным — на зло», which vol. 27 corrected to «на противоположное зло» from manuscript No. 3, as its list of corrections says.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Вся жизнь людская, можно сказать, состоит только из этих двух деятельностей: 1) приведения своей деятельности в согласие с совестью и 2) скрывания от себя указаний своей совести для возможности продолжения жизни.Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word. Vol. 27 runs this sentence on into the next paragraph (W.4); the Circle and the 1906 printing set it apart.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Одни делают первое, другие — второе.Для достижения первого — приведения поступков в согласие с своей совестью — есть только один способ: нравственное просвещение — увеличение в себе света и внимание к тому, что он освещает; для второго — для скрытия от себя указаний совести — есть два способа: внешний и внутренний.Внешний способ состоит в занятиях, отвлекающих внимание от указаний совести; внутренний состоит в затемнении самой совести.Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word but for the gloss and the order of two words. Vol. 27's «Для достижения первого — приведения поступков в согласие с своей совестью — есть только один способ» is «Для достижения первого есть один только способ»; by vol. 27's list of corrections the first printing had «первого» without the gloss, which vol. 27 restored from manuscript No. 4, so the Circle follows the first printing. The 1906 printing has «есть одинъ только способъ», as the Circle.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Как может человек скрыть от своего зрения находящийся пред ним предмет двумя способами: внешним отвлечением зрения к другим, более поражающим предметам, и засорением глаз, так точно и указания своей совести человек может скрыть от себя двояким способом: внешним — отвлечением внимания всякого рода занятиями, заботами, забавами, играми, и внутренним — засорением самого органа внимания.Для людей с тупым, ограниченным нравственным чувством часто вполне достаточно внешних отвлечений для того, чтобы не видеть указаний совести о неправильности жизни. Но для людей нравственно-чутких средств этих часто недостаточно.Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word. Vol. 27 runs on into W.6 in the same paragraph.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Внешние способы не вполне отвлекают внимание от сознания разлада жизни с требованиями совести; сознание это мешает жить, и люди, чтобы иметь возможность жить, прибегают к несомненному внутреннему способу затемнения самой совести, состоящему в отравлении мозга одуряющими веществами.Source text: tolstoy.ru… сознаніе это мѣшаетъ жить: и люди, чтобъ имѣть возможность жить, …Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word, with «чтоб» for «чтобы» (as in the 1906 printing) and a comma for the semicolon.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Жизнь не такова, какая бы она должна быть по требованиям совести. Повернуть жизнь сообразно этим требованиям нет сил.Source text: tolstoy.ruDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word, with a dash before «нет сил», as in the 1906 printing. Vol. 27 runs on into W.8.
From «Для чего люди одурманиваются?» · close to the original .
Развлечения, которые бы отвлекали внимание от сознания этого разлада, недостаточны или они приелись, и вот для того, чтобы быть в состоянии продолжать жить, несмотря на указания совести о неправильности жизни, люди отравляют, на время прекращая его деятельность, тот орган, через который проявляются указания совести, так же как человек, умышленно засоривший глаз, скрыл бы от себя то, что он не хотел бы видеть.Source text: tolstoy.ruРазвлеченія, которыя бм отвлекали отъ сознанія этого разлада, недостаточны, или они пріѣлись.Source text: archive.orgDetails
The words shown were found, word for word, in the saved source text. «Для чего люди одурманиваются?» (1890; first printed as the preface to P. S. Alekseev's «О пьянстве», М., 1891), ch. I, compared with the text of Jubilee vol. 27 (1936).
Word for word but in three places. «отвлекали внимание от сознания» is «отвлекали от сознания», the first printing's reading by vol. 27's list of corrections (vol. 27 restored «внимание» from manuscript No. 7), and the 1906 printing's. The man who has fouled «глаз» (an eye) has fouled «глаза» (his eyes), as in the 1906 printing; and «то, что он не хотел бы видеть» is «то, чего он не хотел бы видеть», which the 1906 printing does not have. The Circle starts a new sentence at «И вот».
Tolstoy TodayТолстой сегодня · tolstoytoday.org/september/1/weekly